Пообещав колоссальные трудности Европе и России, американский лидер вычеркнул США из списка стран, испытывающих проблемы из-за Украины.
Длительный и чрезвычайно тяжелый кризис пообещал американский президент Джо Байден России и Европе. В Вашингтоне предрекли холод, голод и отсутствие уюта, сообщает «Московский Комсомолец». Но не для американцев.
О том, что это надолго, вероятно, напоминать не стоит. Как и разъяснять, что подразумевается под словом «это». Не совсем конкретно, но каждый понимает, о каких сложностях идет речь. Поэтому слова американского лидера о том, что он полагает, что в какой-то момент вся ситуация затянется, став игрой ожидания: что в состоянии пережить россияне и что готова пережить Европа – совсем не вызывают удивления.
Однако, странным кажется другое – в этой фразе ни словом Байден не обмолвился о США. Он, как опытный политик и интриган, вывел Вашингтон из-под удара, списка «выживанцев» и тех, кто готов хоть что-то выносить? Вашингтон, как мы знаем, предпочитает лишь вкушать плоды, собранные чужими руками. Но не марать руки, не нести потери. Хотя нынче и Штатам приходится потерпеть – цены на топливо выше самых дерзких ожиданий, детское питание в дефиците, а байденфляция (не прижилось определение «путинской инфляции» среди американского народа) бьет сорокалетние рекорды. Несмотря на это роль сопротивления, удел «терпил» и «выживанцев» в противостоянии с Россией Белый дом отвел исключительно странам Евросоюза. Удобная позиция сверху никогда еще не подводила.
Понятно, что острая фаза кризиса закончится на выполнении тех условий, которые выдвинула РФ в начале спецоперации. Но кризис будет длиться куда дольше военной фазы. Никто не скажет, смущенно улыбаясь: «Все закончилось, мы погорячились, приятель».
Емко охарактеризовал будущее пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. По его оценкам, кризис затянется на годы, а Россия никогда больше не станет доверять Западу. Но проблема даже не в доверительном отношении, а в качественном расхождении миропонимания.
Представьте, у вас есть морковь, которую вы едите. Она у вас одна, поэтому вы употребляете ее по назначению. А у соседей даже не вагон моркови, а много-много вагонов с этим продуктом, от которого у них, начинается передоз. В горло уже не лезет – так ее много, она приелась. И решили они ее начать употреблять извращенно, то есть засовывая продукт куда ни попадя. После чего начинают рефлексировать: удобно ли засунутой глубоко морковке в том самом месте? Не дискриминируют ли ее таким образом? И как засунуть ее поглубже, чтобы ее не обижалась при этом. Тех, кто начинает вопрошать, а все ли правильно, отменяют. Вроде и нелепость, но культ засовывания приравнивается, а затем и вытесняет религию. А тех, кто продолжает есть морковь, приравнивают к врагам, которые живут неправильно. Начинают воспитывать.
В советском прошлом есть определение загнивающего общества потребления. И дело не ограничивается материальным. Несоответствие достигает критических значений и приводит к качественному разделу миров. С одной стороны, крайний эгоцентризм, с другой – «возлюби ближнего своего». Пересечения и примирения между ними уже невозможно. Хотя бы до тех пор, пока и у Запада не останется одной морковки. Пока население не прочувствует холод, голод, отсутствие уюта на себе. К этому все и идет. Однако, американцы забыли, что европейцы не привыкли себе отказывать, а россияне ни в одном поколении не жили хорошо. Так что нам, как говорится, не привыкать. И вопрос ожидания, скорее, риторический. Победитель заранее известен. Было бы интереснее, если бы в эту игру сыграли американцы против европейцев. Хоть какая-то интрига.