Рано радоваться.
Люди буквально помешались на антителах к коронавирусу. Так раньше смысл жизни не искали, как последние месяцы все подряд, переболевшие, не болевшие, вакцинированные, ищут в своей крови специфические иммуноглобулины, которые, как нам вроде бы пообещали, способны защитить от заражения.
Мы попытались выяснить, насколько это хорошо или плохо, когда в крови на высоком уровне постоянно циркулируют чужеродные белки.
Даже имея антитела, люди готовы «подкачать» их снова и снова при помощи прививки — причём речь идёт не только о российских разработках, а вообще.
Переболевшие и вакцинированные молятся на IgG, которые, как объясняют медики, якобы, являются панацеей и защитой от коронавируса. Если и не навсегда, так хоть бы на какое-то время.
Ещё пару месяцев назад политики чуть ли не требовали ввести антиковидные паспорта, в которых бы записывали количество IgG, но, славу богу, вовремя поняли всю бесперспективность этой идеи — иначе проверять на изменчивые антитела каждого пришлось бы чуть не ежедневно.
«Муж умер, у меня антител нет»
Вы наблюдали, как бьется в истерике человек, получив отрицательные результаты анализов на антитела IgG? И как рыдает от счастья, если их уровень выше референсных значений?
А я это видела. Наступила какая-то всеобщая паранойя: есть антитела, нет антител. И если их нет вообще, или значения быстро падают, как жить дальше?
«Я переболела в октябре. И у меня IgG — меньше 10 по количественному тесту. Я проверилась несколько раз в разных лабораториях — их нет. Что делать?!», — рыдает 39-летняя Анна.
«От коронавируса умер муж. Две недели отлежал в реанимации с цитокиновым штормом. Не спасли. Ему было 44 года. Мы с дочкой переболели легко. В результате у неё есть антитела, у меня уже ушли. Я в ужасе», — пишет на специализированном форуме ещё одна пациентка.
Вакцинированные с высоким титром антител, наоборот, с удовольствием выкладывают свои результаты в общий доступ, на фоне горюющих от отсутствия антител, эта категория кажется какими-то сверхчеловеками по Ницше. Причём у многих привитых, что подчеркивается особо, антител гораздо больше, чем у тех, кто заработал их, так сказать, естественным путём, переболев.
«Месяц после вакцинации. Антитела — 80. Спустя два месяца — >250. И они все продолжают расти!»
«Можете меня поздравить, антитела 500».
«Мы сдавали в октябре и было 120. В феврале 400+. Болели в сентябре. Сейчас хотим сделать вакцину, чтобы ещё больше их было. Много ведь — не мало!»
На этом фоне посты сомневающихся и задающих вопросы насчёт того, действительно ли все антитела одинаково полезны, кажутся явно неуместными: «Мама сдавала на антитела — 1315. Через два месяца упали до 990. Не знаю, вроде бы, радоваться надо, но уж очень значения большие, нам сказали, что надо бы провериться на онкологию и аутоиммунные заболевания».
На одной из медицинских конференций очень известный доктор, не буду называть его фамилию, рассказывал о своём ноу-хау защиты от коронавируса. Он переболел ещё весной, с тех пор периодически сдаёт анализы на IgG и, как только их титры чуть падают, тут же спешит в «красную зону», общается без защиты с больными и «подкачивает» антитела. Говорит, что в его случае это срабатывает отлично.
Хотя, конечно, этот метод подходит далеко не всем, прежде всего в силу своей недоступности, в «красную зону» пускают не всех. И слава богу!
Все мы немного иммунологи
За этот год мы все поневоле стали немного иммунологами, немного вирусологами и эпидемиологами. Если раньше только бывшие отличники кое-как помнили из школьной программы, что после попадания вируса в организм иммунная система человека начинает вырабатывать специфические к нему антитела — иммуноглобулины (Ig), чтобы нейтрализовать инфекцию, то теперь разбуди любого человека ночью, и у него будет отскакивать как от зубов — антитела IgM вырабатываются в остром периоде заболевания, IgG по анализам чаще всего определяются спустя 3-6 недель после начала болезни, и создают длительную защиту.
Тесты на антитела бывают качественные (есть/нет), полуколичественные и количественные. Тесты, взятые в разных лабораториях, не нужно сравнивать между собой, так как референсные значения могут быть разные.
После вакцинации антитела вырабатываются только к шиповидному белку S, они и приводят к нейтрализации вируса.
Тесты на нейтрализующие антитела, на которых медицинские лаборатории сегодня просто обогатились, называются по-разному и используют разные методы их выявления.
«На самом деле в большинстве случаев — это просто профанация. — анонимно рассказал «МК» один из ученых. — Да, тест, который может выявить нейтрализующие антитела, действительно существует, он называется модифицированный анализ цитопатогенной нейтрализации на основе живого вируса SARS2-COVID19. И для его проведения требуется живой вирус. На первом этаже жилого дома в двух арендованных комнатках частной лаборатории такой анализ не провернешь. Нужна хорошая лаборатория с защитой. И стоит этот тест отнюдь не одну-две тысячи рублей, а порядка 500 евро, так как килограмм реагента, который в нем используется, обойдётся около 12 тысяч долларов, и в РФ его продают в научно-исследовательских целях, а не всем подряд».
Так что же тогда находят в крови людей, которые сдали анализ на IgG и получили положительный ответ?
Высокие титры проверяют у онкологов
«Какие-то иммуноглобулины. Никто не знает, насколько они защитные. Просто предполагается, что если недавно переболел коронавирусом, то и IgG от коронавируса, и что они в принципе могут его нейтрализовать. Но только когда количество антител IgG в крови зашкаливает слишком уж длительное время, то пациента отправляют на дополнительные обследования, чтобы конкретно выяснить, что это за антитела, так как не исключено, что в организме протекают негативные аутоиммунные процессы», — объяснил «МК» эксперт.
«Здравствуйте! — пишет на одном из специализированных сайтов москвичка Татьяна. — Только что прочитала тему про антитела и их отсутствие-присутствие у переболевших, и у меня назрел вопрос: ведь не только антитела защищают от инфицирования, но и какие-то Т-клетки, которые вырабатываются у некоторого количества людей, и которые являются лучшей защитой, чем антитела. И если да, то какой именно анализ нужно сделать, чтобы узнать о наличии либо отсутствии таких клеток в крови?»
Пару месяцев назад москвичей зазывали к себе некие лаборатории, причём бесплатно и не афишируя себя, их контакты переболевшие передавали из рук в руки, предлагали сдать кровь и узнать, сформировался ли после перенесённого коронавируса Т-клеточный иммунитет. Этот анализ брали всего при трёх поликлиниках. На входе ни в коем случае нельзя было говорить, куда идёшь и зачем.
«Если стоять лицом к входу, то слева будет дверь. Проходите и говорите девушкам , что вы без записи на Т-клеточный иммунитет. Про этот анализ знают только у процедурного, остальные начинают бубнить про антитела и обязательную запись. Нужно зайти, в гардероб, переобуться в бахилы, потом вперёд к ресепшену, у него направо и ещё раз направо. Оказываемся у стойки, где принимают анализы, вот там уже честно говорим, как пароль, «Т-клетки, без антител». Заполняем два соглашения и смело идём», — такую сложную инструкцию мне давали посвящённые.
Первое время, как говорят, людям даже озвучивали их результаты. Потом стали лавировать, что все это проводится в научных целях и поэтому результатов не будет, теперь же подобные анализы и вовсе делают только за деньги — около 20 тысяч рублей.
Причём те, кто все-таки рискнули сдать кровь за свои кровные, рассказывают, что даже после получения результатов не очень-то поняли, есть ли у них в итоге клеточная защита или ее нет.
Знакомые медики объясняют, что все эти анализы на клеточный иммунитет тоже бесполезны, не исключено, что таким образом просто собирают некий банк данных. В научных целях подобный проект, вероятно, и перспективен — такую же работу, к примеру, проводят в Англии Бирмингемский университет, Служба общественного здравоохранения и Манчестерский клинический исследовательский центр, они уже получили более двух тысяч образцов сыворотки крови своих сотрудников и медицинских работников (посторонних граждан, как это делается у нас, не привлекали, так как за это нужно платить, это в России людей можно зазвать просто так, пообещав им некие сакральные знания).
Имеют ли практическое значение такие манипуляции? В отдалённом будущем, быть может, да. Но сейчас человек, который сдал свою кровь с целью узнать уровень собственной защиты, никакой практической информации от этого не получит. Ну, разве что он может быть горд тем, что послужил для науки.
Некоторые учёные считают, что усилить Т-клеточный ответ можно также при помощи вакцинации. Но не станет ли потом хуже, никто со стопроцентной гарантией не ответит.
Мало того, некоторые специалисты открыто говорят о том, что лучше бы сильного Т-клеточного иммунитета на коронавирус у нас не было. Так как именно он иногда и приводит к так называемому цитокиновому шторму, чрезвычайной реакции иммунной системы, которая заканчивается летальным исходом.
«Получили вакцину — получили антитела. Это уровень четвертого класса, — в одном из интервью изложил свою точку зрения Михаил Васильевич Супотницкий, полковник медицинской службы запаса, автор многочисленных книг и статей по микробиологии, эпидемиологии и проблемам биологической безопасности. — Происходит какой-то постепенный откат науки к началу 19-го века. Когда только открыли антитела, полагались исключительно на них. Создавались сыворотки абсолютно против всех возбудителей. Где-то, как в случае со столбняком, сработало, а вот для чумы нет, на выходе получалось много антител, но эффекта не было».
Стремясь в бесконечность
Попытки создать вакцину от разных штаммов коронавирусной инфекции проводились и прежде, десятилетиями, только не в России, и везде они не увенчались успехом, поэтому до больших и массовых испытаний на человеке просто не дошли. Пока не пришла пандемия.
Производители любых вакцин от COVID-19 измеряют ее действенность только количеством антител. Тут все, как в арифметике для начальных классов: 100 антител лучше, чем 50, а 200 лучше, чем 100.
Иногда доходит до абсурда. Так, одну из разработок назвали бесперспективной, потому что антитела у первой группы добровольцев были крайне низкие. Сами испытатели, кстати, и нажаловались на разработчиков — все же знают, что обязательно должны быть антитела, значит, им вкололи липу.
Люди возмутились и потребовали сатисфакции.
Другую разработку, напротив, назвали успешной, так как у всех получивших препарат через месяц уже были высокие антитела — при том, что учёные сразу предупредили, что и они не навсегда, через полгода минимум, придётся привиться ещё раз. А потом ещё и ещё? До бесконечности?
Но будет ли сохраняться иммунитет после постоянных ревакцинаций, ведь вирус постоянно мутирует, и уже повторный ответ на прививку может быть совершенно не таким, как первый. К тому же наш организм тоже не резиновый, чтобы постоянно подвергаться воздействиям извне.
Но тех специалистов, кто пытается хоть как-то проанализировать, какой реальный уровень антител требуется, если требуется, для защиты от коронавируса, и насколько логично вакцинироваться, уже имея антитела, сегодня записывают едва ли не в противники вакцинации, «антивакстеры», что во врачебной среде является своеобразной «чёрной меткой».
По исследованию ученых из Королевского колледжа Лондона, которое было опубликовано летом 2020-го года, наибольшее содержание антител к вирусу фиксируется у пациентов через три недели после появления первых симптомов. Но уже через три месяца количество антител в крови у большинства испытуемых падало до такой степени, что у некоторых вовсе не смогли зафиксировать наличие хоть какого-то иммунитета.
В первые полгода пандемии в то, что коронавирусом, как и гриппом, можно болеть бесчетное количество раз, никто категорически не хотел верить. Причём бессимптомное течение первого заболевания никак не гарантирует, что и последующие инфекции будут протекать так же легко.
Только осенью 2020-го под наплывом повторных случаев глава Роспотребнадзора Анна Попова была вынуждена констатировать, что большинству из нас придётся болеть регулярно, и поэтому следует прививаться также регулярно. Для чего? Для того, что поддержать на достаточном уровне свои антитела.
Сейчас нарастает процесс мутации коронавируса, в Англии свой «британский штамм», в ЮАР «южноафриканский», иммунная же система человека, подстегнутая вакцинацией, начинает бороться с тем вирусом, который она запомнила первым, и вырабатывать антитела только от него. К чему это может привести к перспективе, пока что никто не скажет.
Китайские врачи еще во время своей первой вспышки обнаружили, что те, у кого выявлены аномально высокие титры антител, подвержены так называемому ADE — антителозависимому усилению инфекции.
Этот феномен характерен не только для коронавируса, но и для многих других инфекций. Когда уровень антител снижается до субнейтрализующих, то вакцинирование фактически увеличивает способность вируса проникать в ваши клетки и инфицировать их, что может привести и приводит к более тяжелому течению заболевания.
Осложнения, связанные с ADE, могут проявиться даже через десятилетия. Даже когда самих антител в крови уже давно не будет.
Знать бы все побочные эффекты заранее — соломинку бы подстелить.
Екатерина Сажнева