В комитете Государственной думы, который занимается промышленными вопросами, задумались о запрете в России машин — «пенсионеров».
Парламентарии оформили свою инициативу в письменном виде и направили ее в Минпромторг и Минтранспорта. Предлагают вместе обсудить законодательные нюансы запрета авто и ввести для них предельный возраст эксплуатации.
Цель ясна – депутатами движет желание снизить риск ДТП и заодно статистику смертности на дорогах. Правда, все знают, что «пожилой» транспорт на дорогах России – это не прихоть и беспечность, а объективная экономическая реальность, которую как раз стоило бы поменять, пишет «Газета.Ru».
Попытки ввести подобный запрет ранее уже предпринимались, только касались они грузовиков. Шесть лет назад Минпромторг разрабатывал поправки к закону, регламентирующему безопасность движения на дорогах. Предлагалось отнести к «старым» большегрузы, чей возраст составлял 12-15 лет. Была идея ограничить также сроки эксплуатации коммерческого транспорта, установив предельный возраст на уровне 7-15 лет в зависимости от типа. Впрочем, кабмин проект не поддержал, и Госдума его так и не увидела.
В России действует только одно ограничение для машин, которое прописано в законе. С 2020 года в РФ вступает в силу запрет на использование автобусов возрастом по 10 лет и более в сфере детских перевозок. Кстати, введение этой нормы тоже долго откладывалось, все по тем же экономическим причинам, хотя и в ущерб безопасности подрастающего поколения.
Более половины машин, которые ездят по российским дорогам, можно смело относить к «пенсионерам». Это подтверждают сводные данные ГИБДД: из 60,5 млн зарегистрированных в РФ транспортных средств возраст 20,9 млн превышает 15 лет, еще 10 млн–разменяли второй десяток.
И вопрос о том, чтобы отправить их на покой, читай, в утиль, возник на фоне новой стратегии безопасности дорожного движения на 2018-2024 годы, которую утвердило правительство. В тексте говорится об угрозах, которые несут автомобили, чей возраст превышает 10 лет.
К слову, личные автопарки у россиян обновляются намного чаще тех же муниципальных. Граждане РФ всегда готовы пересесть за руль новой машины. Еще до кризиса, в 2012 году компаниейPricewaterhouseCoopersбыло проведено исследование, которое показало, что в среднем российский автовладелец пользуется своей машиной 3–4 года. При этом американец, китаец и индиец ездят на личных авто по 5 лет, японец — более 6,5 лет, немец и канадец — 7 лет. Как видим, при наличии денег, отечественный автомобилист на «старье» кататься не станет.
Однако после кризиса и обвального падения продаж машин в 2014-2015 годах автомобили, грузовики и автобусы стали использоваться до последнего вздоха мотора. Добавить к этому пьянство за рулем, плохие дороги и агрессивную манеру вождения, и «на выхлопе» получаем жуткую статистику смертности. В прошлом году в 160 тысячах ДТП погибло свыше 16 тысяч россиян и свыше 195 тысяч пострадали.
При этом нужно смотреть правде в глаза и понять, что невозможно одномоментно вывести из эксплуатации более половины действующего автопарка, пусть это будет хоть самый строгий запрет. «Убивать» железных «пенсионеров» придется постепенно. При нормальных темпах развития экономики, на это понадобится 5-7 лет минимум, и ключевое словосочетание тут «нормальных темпах развития».
В результате возникают два основных вопроса. Первый – на что пересесть, если денег на обновление автопарка ни у перевозчиков, ни у обычных людей нет? Второй – куда девать старье, поскольку тема утилизации в стране не то, что не развита, а просто никогда толком не поднималась?
В первом случае государству стоило бы задуматься о внедрении комплексных экономических мер — льготного автокредитования, возможности арендовать грузовики и легковые коммерческие машины не по баснословным тарифам. С утилизацией дела обстоят еще серьезнее – ведь в стране даже по обычным мусороперерабатывающим заводам дефицит, вот и появляются в России автомобильные «кладбища», на которых покоится автохлам.
Так что, говоря о введении запрета, депутатам и чиновникам стоит думать, прежде всего, о его последствиях, и быть не менее острожными, чем водитель за рулем старого автобуса.
