Решением суда руководителю и основателю Baring Vostok, гражданину США Майклу Калви, предстоит провести в СИЗО по меньшей мере два месяца. Под стражу был взят один из старейших и известнейших зарубежных инвесторов в РФ. Эксперты ставят последствия его ареста в один ряд с очередным пакетом санкций, который опять готовит Вашингтон.
Фото: ТАСС
Ближайшие два месяца Калви проведет в СИЗО «Матросская Тишина». И хотя условия содержания американца достаточно хорошие — в камере есть горячая вода, телевизор, холодильник и унитаз – это не улучшит отношения представителей бизнес-кругов к происходящему.
Основанием для возбуждения дела, фигурантов которого стал Майкл Калви, послужило заявление Шевзода Юсупова, который является акционером банка «Восточный». Банк остался недоволен тем, как была погашена задолженность в 2,5 млрд рублей.
Если конкретно, то банк получил в счет погашения 59,9% акций люксембургской компании International Financial Technology Group (IFTG). Пакет был оценен в 3 млрд. рублей, однако банк провел собственную оценку и пришел к выводу, что стоимость составляет меньше четверти от суммы долга. Каким образом была получена сумма 600 тыс. рублей, на данный момент не ясно. Сначала банк заявлял, что оценку провел PricewaterhouseCoopers, однако на суде выяснилось, что оценкой занималась другая фирма по заказу компании Finvision, которая принадлежит Артему Аветисяну.
В действительности в центре конфликта сам банк «Восточный». Чтобы соответствовать новым нормативам ЦБ, кредитное учреждение нуждается в докапитализации на 5 млрд рублей. Привлечь средства планировалось с помощью выпуска акций, но состояние банка таково, что покупателями могут выступить лишь действующие акционеры.
Baring Vostok принадлежит 52% акций, еще 32% контролирует Артем Аветисян. Baring Vostok не хочет увеличивать свою долю в банке, Калви уже давно подумывает о том, что продать этот актив. Аветисян внести требуемую сумму не может.
По мнению самого Калви, дело в отношении него возбуждено в связи с корпоративным конфликтом, в который был вовлечен акционер банка «Восточный» Шерзод Юсупов.
С бизнесменом трудно не согласится — на лицо рядовой коммерческий конфликт. Незаурядным его сделало вмешательство ФСБ, после чего Майкл Калви оказался за решеткой. Именно это и встревожило рынок больше всего. Получается, что спор в России выигрывает тот бизнесмен, который может применить против своего противника административный ресурс, а не тот, кто способен доказать свою правоту?
У Аветисяна, как отмечали ранее СМИ, оказалось больше знакомых среди «сильных мира сего», способных запустить жернова государственной машины и заставить ее двигаться в нужном направлении. Сообщалось о его давней дружбе с Дмитрием Патрушевым, который в данном конфликте интересен не как глава Минсельхоза или экс-глава Россельхозбанка, а как выпускник академии ФСБ и сын Николая Патрушева, в прошлом руководителя ФСБ, а ныне секретаря Совбеза.
Когда заходит разговор о посадке крупного и известного бизнесмена, его дело раньше или позже сравнивают с делом «Юкоса». Дело Калви с ним роднит, в частности, причастность ФСБ.
Основное отличие: Ходорковскому и его партнерам вменяли нанесение ущерба государству, тогда как Калви обвиняют в нанесении ущерба частным лицам. Однако успехом подобное назвать довольно сложно, поскольку ситуация грозит дальнейшим ухудшением инвестиционного климата.
Все больше бизнесменов выступает в защиту Калви. Многие отмечают его отличную репутацию и чистоту поведения на рынке. Среди тех, кто выступил на стороне американца есть и представители госбизнеса. В частности, лестно о Калви отозвался глава Сбербанка Герман Греф, который выразил убеждение в том, что происходящее — результат «недоразумения». Руководитель РФПИ Кирилл Дмитриев выразил готовность дать за Калви личное поручительство.
По мнению главы Счетной палаты Алексея Кудрина, арест основателя Baring Vostok — «чрезвычайная ситуация» для российской экономики. Он указал на то, что в данном деле явно нарушена установка президента не арестовывать по экономическим составам.
Бизнес-омбудсмен Борис Титов заявлял, что если бы Калви и его партнеры вели бизнес «грязно», то у них не было бы «такого количества инвестиций, такого количества партнеров».