Глава Российской Федерации Владимир Путин согласился с доводами министра обороны Сергея Шойгу о необходимости сокращения контингента в САР.
Сворачивание операции в Сирии Россией указывает на готовность руководства в Кремле продолжить демонстрацию возможностей обновленной группировки войск РФ на новых плацдармах, одним из которых может оказаться Ливия. Охваченная войной с терроризмом, как и сегодняшнее сирийское государство, на протяжении многих лет страна уже обратилась к Москве с просьбой о посильной военной помощи в противостоянии террористической угрозе. Участие в антитеррористической ливийской операции войск Соединенных Штатов Америки, предпочитающих действовать ограниченными ресурсами в виде отправленных на Ближний Восток спецподразделений и небольшого количества боевых самолетов блока НАТО, не помогло ливийцам сколько-нибудь улучшить сложившееся положение. В отличие от Сирийской Арабской Республики, сумевшей с помощью россиян выбить боевиков из густонаселенных районов, Ливия испытывает огромные трудности в борьбе с террористами. По мнению военных аналитиков, именно высокая результативность участия российских советников и боевой авиации даже в столь малом количестве в Сирии и послужила поводом для обращения Тегерана к московским коллегам с просьбой оказать посильную поддержку в антитеррористической борьбе.
В первую очередь, ливийцы просят помочь поставками вооружений, показавших выдающуюся результативность в условиях жаркой пустыни ближневосточного региона. Напомним, что по данным Министерства обороны России, в сирийской кампании военнослужащие ВС РФ провели практические боевые испытания 160 образцов различных вооружений, включая разведывательные комплексы и наземную технику, прошедшую процедуру модернизации для эксплуатации в условиях пустыни. О хороших результатах испытаний говорит официальная статистика ведомства, отчитавшегося о десятках тысяч уничтоженных боевиков, единиц техники, командных пунктах и мест хранения боеприпасов только с помощью бомбардировочной авиации ВКС, тогда как о реальных итогах проверки в деле оружия для пехотных подразделений общественность узнает значительно позже. С учетом присутствия в САР большого числа представителей оборонных ведомств других ближневосточных государств, включая Ливию, Ирак и страны НАТО, о настоящей эффективности испытанных образцов российских вооружений иностранным советникам удалось узнать наглядно. Этим же объясняется и повышенный интерес зарубежных заказчиков к нашему оружию — портфель оборонных заказов со стороны других стран по итогам первой половины 2016 года превысил $54 млрд, о чем в рамках очередного выступления перед прессой рассказал президент страны Владимир Путин.
На то, что следующая российская цель в рамках антитеррористической кампании на Ближнем Востоке — Ливия, указывают достигнутые с Анкарой договоренности о запуске очередного этапа перемирия в Сирии, согласно которым к контролю за исполнением обязательств сторон в ходе процесса прекращения огня присоединятся Турция. Турецкие войска, введенные в САР в рамках инициированной Анкарой операции «Евфратский щит», окажут посильную помощь сирийской правительственной армии в уничтожении боевиков отказавшихся присоединиться к Соглашению о перемирии группировок, в первую очередь, официально признанную РФ террористической ИГ («Исламское государство»). Одновременно с этим с линии противоборства с официальным Дамаском уходят контролируемые Турцией группировки так называемой «умеренной оппозиции», получающей поддержку не только от турок, но и от разорвавшего военные связи с Кремлем Вашингтона. Аналитики подчеркивают, что американская политика в ближневосточном регионе стала основой для формирования самой кровавой и опасной группировки террористов, развернувшей боевые действия на территории целого ряда стран — в Египте, Ираке, Ливии, Сирии, Северной Африке и даже Европе. Одновременно с этим американцы всячески поддерживают действия террористов из «умеренного» лагеря, снабжая боевиков оружием, медикаментами и боеприпасами на фоне многочисленных требований Москвы размежевать так называемую «оппозицию» в Сирии на согласных сесть за стол мирных переговоров участников конфликта и отказывающихся подчиняться требованиям международного законодательства «оппозиционеров» режима Башара Асада.
Поводов для содействия Тегерану в борьбе с мировым терроризмом у Кремля сегодня несколько — первый и наиболее важный связан с необходимостью закрепить достигнутое положение в регионе в качестве сильного «полицейского», способного разрешать сложные геополитические вопросы с помощью силы, как это на протяжении последних десятилетий делала Америка. Второй связан с потребностью в закреплении полученных в ходе сирийской кампании навыков и отработке приобретенного опыта борьбы с террористами в условиях нахождения противника в районах с огромным количеством гражданских лиц, что становится самым дорогим «приобретением» россиян по итогам «выездной командировки». В сравнении с афганским опытом Советского союза, так и не сумевшего окончательно ликвидировать террористическую угрозу в Афганистане в похожих условиях жесткой конфронтации с подпитывавшим террористов Западом, успех кампании в САР позволяет рассчитывать на положительный исход участия ВКС и ВС РФ и в ливийских операциях. Какое решение примет российское командование, успевшее подтвердить готовность всячески поддерживать главных политических и ситуативных союзников далеко за пределами собственных границ, покажут события первых трех месяцев 2017 года, когда окончательно сформируется линия поведения кремлевской администрации по отношению к полученным со стороны Ливии и Ирака запросов на оказание военной помощи.