Песни на стихи Любови Воропаевой знает наизусть вся страна. Вместе с мужем, композитором Виктором Дорохиным она создала один из первых успешных проектов российского шоу-бизнеса — Женю Белоусова. Уж чего-чего, а изнанку богемной жизни изучила как свои пять пальцев…
«Когда мы с моим мужем Виктором Дорохиным сочинили наши первые песни, Витя ни много, ни мало заявил: «Если хочешь, чтобы я продолжал писать музыку, наши работы должны понравиться самым большим звездам, — рассказывает Любовь Воропаева. — Забракуют — значит, я не композитор и заниматься этим не буду». А звездами тогда были кто? Пугачева и Леонтьев. Мы пошли к мэтрам, что называется, «прямо с улицы». Начали с Леонтьева. Узнали, где у него концерт, взяли с собой маленький магнитофончик Sony, на который Дорохин записал инструментальную болванку песни «Женский портрет». И после концерта ворвались в гримерку, полную народа: «Валерий Яковлевич, мы вам песню принесли показать». Дорохин включает магнитофон, достает листок бумаги с моим текстом и при всех костюмерах и администраторах принимается петь своим противным композиторским голосом. Леонтьев смотрит на нас и вдруг говорит: «Ребята, какая милая песенка! Давайте ее запишем!» И действительно записал. Более того, она оказалась настолько удачной, что пластинку к 8 Марта, которая выходила на фирме «Мелодия», назвали в ее честь — «Женский портрет». Мои стихи напечатали прямо на обложке. Так родился наш творческий дуэт с Виктором Дорохиным.
Двадцать градусов без Пугачёвой
Другим бастионом, который мы вознамерились покорить, была Пугачева. «Вторую песню, — сказал мне Дорохин, — неси Алле Борисовне. Правда, она не танцует, а наша песня — «Двадцать градусов мороза» — танцевальная, поэтому предлагай ее для Кристины». Орбакайте тогда только-только начинала… У знакомых на радио я узнала телефон Пугачевой, набрала ее номер, представилась: «Я поэтесса Любовь Воропаева, хочу показать вам песню». «Ну, подвозите, — говорит она, — вашу песню». Я схватила кассетку с демо-записью и поехала к Алле Борисовне. Витя ждал меня внизу в машине. Он ведь был с ней знаком. Когда-то он играл на барабанах в «Поющих сердцах», а Алла была начинающей солисткой в «Веселых ребятах», они часто пересекались на гастролях. Витя счел, что его появление напомнит Алле те времена, когда ее затюкивали, затирали в «Веселых ребятах», не давали петь больше двух песен в программе. И я пошла одна. Игорь Николаев открыл мне дверь. Громогласный Александр Кальянов выглянул в прихожую — в квартире явно шла веселуха. Я так испугалась, что у Аллы гости! Дико стушевавшись, протянула ей кассету и тут же ретировалась. Села в машину, а Дорохин говорит: «Ты чего так быстро? Почему ты не заставила ее в твоем присутствии послушать?» В общем, всю дорогу он меня ругал. Заходим в квартиру — телефонный звонок: «Это Пугачева. Ну, чё, хорошая песня-то! Кристина ее споет». Я как стояла, так и замерла с этой трубкой. «Кто звонил?» — всполошился Витя. Говорю: «Пугачева. Берут они песню». И тут он как начал возмущаться: «Что значит берут? Без меня берут? А кто будет делать аранжировку? Почему ты не спросила?» Короче, устроил дикий скандал. Я думаю: «Черт возьми, какой же ты наглый! Пугачевой нравится твоя песня, а ты еще возмущаешься». В итоге он все-таки заставил меня перезвонить Алле. Она сказала: «Нам сначала надо выучить песню, а потом мы запишемся. Вы не беспокойтесь». Через две-три недели мне пришлось звонить снова. Пугачева ответила: «Мы учим, учим». И тогда у Дорохина лопнуло терпение, он заявил: «Значит? так: мне это надоело. Неизвестно, в какой студии они это будут записывать, как это будет звучать. Они могут мне всю песню испортить! Поэтому мы запишем ее с Катей Семеновой. Давай, звони Катьке». Вскоре мы показали Кате Семеновой «Двадцать градусов мороза» и заодно — еще одну нашу песенку «На минутку». В итоге «На минутку» в ее исполнении вдруг стала песней года и пошла по всей стране. По тем временам, если молодой автор попадал в финал «Песни года» и получал диплом лауреата, это означало, что его последующим песням открывался путь к радио и теле-эфирам. Естественно, мы с Витей были счастливы! Свои лауреатские дипломы я храню до сих пор, они занимают в шкафу целую полку. Мы получали их каждый год — иногда по два-три сразу… А потом мне попалось интервью юной Кристины Орбакайте, где она жаловалась, что «вот были авторы, принесли мне очень симпатичную песню, я в нее просто влюбилась, стала над ней работать, и вдруг включаю радио и слышу ее в исполнении другой певицы. Да, такие авторы своего не упустят!» Словом, из-за Дорохина отношения с Пугачевой оказались испорчены « Такой он человек был — все должно находиться под его контролем. Он не так много песен написал, но все они получились очень заметными. Витя говорил: «Я хищный зверь, я рожаю львят». При этом характер у него был очень тяжелый…
Репетитор для Серова
Тем временем мы с Виктором оказались первыми в России продюсерами, сделавшими собственный проект в лице Жени Белоусова. «Девочка моя синеглазая», «Ночное такси», «Золотые купола», «Такое короткое лето» — эти песни распевали повсюду. Следом за нами, буквально ноздря в ноздрю, пошли Крутой с Сашей Серовым. Про Сашу Серова хочу рассказать отдельно… Познакомил нас Игорь Крутой, которому моя старшая подруга, поэтесса Римма Казакова рассказала, что я свободно владею английским. Игорь по каким-то своим каналам в Минкульте договорился, что Серов будет представлять СССР на конкурсе «Интерталант–87» в Праге. Но для участия в нем необходимо было исполнить композицию на английском языке. Песню на стихи Риммы Казаковой Игорь уже написал, а меня попросил как можно быстрее сделать английскую версию. Даже заплатил «за срочность» 200 рублей — тогдашнюю месячную зарплату советского служащего. Дело было за малым: в сжатые сроки научить Сашу Серова петь ее по-английски. Так Саша появился у нас дома, на Малой Бронной, и мы с ним начали готовиться к конкурсу. Происходило это в основном поздно вечером — Серов приезжал ко мне после концертов. Для начала я написала ему все в транскрипции русскими буквами, а уж потом мы взялись за зубрежку. Но куда там… с английским произношением у Саши была большая проблема. И все-таки мучились мы с ним не зря: во-первых, с песней в Сашином исполнении познакомилось все население близлежащих улиц, а во-вторых, Серов победил на конкурсе «Интерталант–87»! Через несколько лет он подарил мне картину с надписью на обратной стороне «Любе Воропаевой – с благодарностью за «Интерталант–87». А потом Виктор тяжело заболел. Проблемы со здоровьем у него начались после расставания с Женей Белоусовым. Это был очень сильный удар для Дорохина и невероятно трудное решение – отказаться от главного дела своей жизни. Ведь он с нуля создал такой грандиозный проект — настоящего национального кумира! Состояние Дорохина ухудшалось стремительно. Болело сердце, отказывали ноги, ему сделали операцию… В итоге Витя мог заниматься только общественной деятельностью, на творчество сил уже не находил. А денег-то дома не было! В стране прошли реформы, и все заработанное сгорело. Кроме того, когда появились эти шальные деньги, они очень щедро раздавались направо и налево. Как люди творческие, мы им особого значения не придавали. Та комната, где у меня сейчас спальня, раньше у нас называлась «кошелек», мы туда сбрасывали пластиковые пакеты с пачками денег. И зачастую дома стояла ругань из-за того, кто будет их считать. Мы и в долг давали мешками, и покупали все подряд — деньги обесценивались на глазах, их нужно было как-то спасать. Словом, наступил момент, когда материально нам стало очень тяжело. Как раз тогда один мой знакомый начал устраивать в московских ресторанах мероприятия, которые сейчас называются «ивент». И предложил мне поучаствовать в этих проектах — он взял на себя деловую часть, а я светскую — приглашала «звездных» гостей. Так началась столь несвойственная для поэтессы деятельность — продюсирование мероприятий. Вскоре я стала работать самостоятельно, меня пригласили в казино Golden Palace. Мои проекты шли годовыми циклами. Это были и «Звездные новости», и «Звездный зодиак», и «Золотая персона», и кулинарный конкурс «Холодная десятка». Постепенно я стала просто нарасхват. Звезды, с которыми я сотрудничала, знали, что, во-первых, будет интересно и весело, а во-вторых, они получат честный пиар. Потому что все лучшие издания ходили ко мне. Я счастлива, что даже сейчас, вернувшись в ивент осенью 2014 года, работаю с теми же людьми, с которыми когда-то начинала. В середине октября прошлого года состоялось первое мое шоу в ресторане «Облака», посвященное сорокалетию творческой деятельности Роксаны Бабаян. Ее визитная карточка — песня «Две женщины», написанная Виктором Дорохиным и мной. Все были счастливы встретиться вновь, меня завалили букетами… Если кризис не ударит сильно по заведению, надеюсь, у нас все получится. Пока прошло шесть шоу. Мы с огромным успехом презентовали общенациональный проект народного артиста Владимира Девятова «Фолк-Сфера», отметили 50-летие Саши Шаганова, 25-летие творческой деятельности Евгения Фридлянда… А одно из мероприятий я посвятила своему старому товарищу, Коле Агутину, отцу Леонида Агутина, который меня когда-то привел в шоу-бизнес.
Клубок целующихся змей
Дело было так. У Коли Агутина была неофициальная жена Лена Жернова, которая тогда работала в Центральном Доме литераторов, куда я, молодая поэтесса, бегала пить кофе. И вот я однажды сижу со сборником «День поэзии» в руках, где вышла очередная моя публикация (издание это считалось очень пафосным), и вижу Ленку, которая пьет кофе с каким-то мужчиной. Она позвала меня к ним за стол, и представила своему кавалеру — Коле Агутину. Он оказался большим ценителем изящной словесности. И, будучи женатым на маме Лени Агутина — Людмиле, преподавателе русского языка и литературы, очень хорошо в этом разбирался. Более того, я узнала со временем, что много лет Николай Петрович Агутин и Люда, уже будучи мужем и женой, вели между собой любовную переписку в стихах».. Прочитав в «Дне поэзии» мои стихи, он спросил: «А вы не пробовали писать песни?» Я сказала: «Нет». — «А хотите попробовать?» Конечно, я не отказалась. Коля познакомил меня с руководителем ВИА «Веселые ребята», где он тогда работал директором. А вскоре перешел в ВИА «Поющие сердца». В те годы это были два суперпопулярных ансамбля. И вдруг я — как по мановению волшебной палочки — попадаю и туда, и туда. За меня начинается соревнование, потому что я нежданно-негаданно оказываюсь одаренным автором песен. Позже на протяжении многих лет мы с Колей сталкивались по жизни, первым директором Жени Белоусова был именно он. Он бывал у меня в гостях и после того, как Дорохин ушел из жизни. Вообще среди главных героев моих шоу не было ни одного человека, с которым у меня напряженные отношения. Хотя не могу сказать, что я со всеми дружу. Но общий язык находить умею. Как сказал когда-то Боря Зосимов, «тусовка» — это «клубок целующихся змей». Но я не змея по характеру, поэтому, вероятно, люди меня не боятся и в моем присутствии расслабляются. В том числе и мэтры, звезды старшего поколения».
Интересные факты
«Мы и в долг давали мешками, и покупали все подряд…»
Именно с Валерия Леонтьева начался путь поэтессы в мир большого шоу-бизнеса…
Организацию 40-летия своей творческой деятельности Бабаян смогла доверить только Воропаевой…
Беседовала Екатерина Прянник