«Поди различи».
После атак беспилотников на Московский Кремль во многих регионах России, и в первую очередь в столице, запрещены гражданские полеты дронов любого типа. Это вполне логично, учитывая требования общественной безопасности. Интересно другое: несмотря на запрет применения БПЛА частными лицами и компаниями, это оборудование беспрепятственно продается. Для кого сейчас работают продавцы дронов и чего они ожидают от будущего, выяснил «МК».
Сроки запрета в разных регионах, принявших такое решение, — разные: где-то полеты прекращены до особого распоряжения, как в Москве, где-то — на время с возможностью продления. Так или иначе, очевидно, что особый режим продлится до тех пор, пока атаки и диверсии при помощи беспилотников остаются реальной угрозой. А значит, в ближайшие месяцы возможно разве что ужесточение, но никак не облегчение правил использования дронов, коптеров и прочих беспилотных летательных аппаратов.
А вот продажи этой техники пока абсолютно легальны — и потому действовавшие до начала мая точки продаж (офлайн и в Интернете) продолжают действовать. На ведущих маркетплейсах корреспондент «МК» обнаружил полный ассортимент коптеров по мало изменившимся с начала 2023 года ценам — так, одна из самых ходовых моделей в стандартной конфигурации стоит около 200 тысяч рублей, в более продвинутой версии на 100 тысяч рублей больше. Имеются в продаже и аксессуары, и запчасти для дронов.
— Закрываться не собираемся, — сообщил «МК» Евгений, продавец пункта продаж одного из интернет-магазинов, специализирующихся на дронах. Точка самовывоза расположена в одном из известных столичных торговых центров технической направленности.
По словам продажника, в день его точку посещают несколько десятков человек, покупки совершают обычно от 5 до 20 человек в день. Есть те, кто приобретает один аксессуар или, скажем, комплект запасных лопастей, но попадаются и почти оптовые покупатели.
— Главные покупатели — волонтеры, доставляющие средства в зону СВО, — делится собеседник «МК». — Коптер — штука, в общем-то, одноразовая, они часто теряются, «сажаются» противником. Военные их постоянно ремонтируют прямо там, в полевых условиях, — поэтому приезжают ребята с заказом сразу на несколько десятков лопастей, много запасных двигателей и так далее. Ходовой товар — аккумуляторы, особенно зимой их много брали, потому что от интенсивной работы они деградируют. А значит, «автономка» у дрона будет уже не полчаса, а 5 минут, а это критично.
Людей, которых можно было бы описать как стопроцентно подозрительных, определить трудно, считает продавец дронов. Хотя бы потому, что покупают очень разные люди. «Волонтеры бывают и такие, что вот прямо вчера с «передка» приехали, все в пыли, в затертом камуфляже, — поясняет Евгений. — А бывают обычные ребята с рюкзаками и в худи. Какие более подозрительные? Это пусть органы разбираются».
Об ограничении оборота коптеров, по словам продавца, они не слышали — если не считать возникающих периодически затруднений с оформлением ввоза такого оборудования. При этом значительная часть товара, в том числе и комплектные беспилотники, продается с доставкой. А это значит, скажем уже от себя, что тотальный фейс-контроль покупателей у продавца провести не получается. А в ряде случаев, при оплате наличными например, нет и однозначной идентификации клиента.
— При покупке нового коптера в магазине он имеет однозначные идентификаторы серийного номера, которые можно легко сопоставить с покупателем при гражданской эксплуатации, — пояснил «МК» радиоинженер, занимающийся ремонтом и модификацией дронов для военных. — Но это пока он новый. В реальной же жизни можно купить или самостоятельно собрать устройство, которое никак не будет привязано к владельцу. Это будет «франкенштейн» из нескольких разбитых-побитых устройств. Такой аппарат идентифицировать по номеру будет совершенно невозможно.
По словам собеседника «МК», запрет на гражданский оборот беспилотников, по образцу боевого огнестрельного оружия, может привести к большим трудностям со снабжением войск по волонтерской линии. «Допустим, есть закупленные в войска те же «мавики», но к ним нет аккумуляторов, запчастей, — пояснил инженер. — И чтобы ремонтировать дроны своевременно, нужны волонтерские закупки. Наверняка люди придумают какие-то схемы, мы выкрутимся, как обычно, но будет сложнее, дороже, чем сейчас, а исправных устройств меньше».
МЕЖДУ ТЕМ
В отличие от Москвы Подмосковье уже третий месяц переживает настоящую атаку дронов. Беспилотники падают практически каждый день. Причем находят их в основном в СНТ и промзонах. Не было еще ни одного случая, чтобы хоть один дрон взорвался, но некоторые были снабжены взрывчаткой — канадским пластитом, однако среди этих «засланцев» могли быть и просто шпионы. Три квадрокоптера из обнаруженных были оснащены видеокамерами.
— Среди найденных коптеров встречались и настоящие боевые планеры, собранные на Украине, — говорит сотрудник группы компаний по производству беспилотных систем Артем Сладков. — Такие могут улетать на расстояние 800 километров, они оснащены бензиновым мотором.
Не секрет, что в Подмосковье большие беспилотники (речь не идет о квадрокоптерах) собирают многие: от небольших частных компаний до умельцев в гаражах. Работают авиамодельные кружки. Как контролировать полеты таких изделий?
«С юридической точки зрения между беспилотником и самолетом, даже если это огромный аэробус, никакой разницы нет. По закону любой летательный аппарат подлежит регистрации в Росавиации, а при условии что борт весит свыше 30 килограммов, он должен кроме этого еще иметь бортовой номер и сертификат летной годности», — рассказывает Сергей, сотрудник компании по производству БПЛА самолетного типа, до недавнего времени базировавшейся в Подмосковье.
На вопрос, кто может запускать дроны у нас в стране, Сергей ответил, что любой гражданин России может арендовать кусок воздушного пространства для полетов, но где попало этого делать нельзя. Даже до начала СВО ближайшая к столице свободная зона для полетов находилась рядом с Сергиевым Посадом, за последний год правила полетов для БПЛА все время ужесточались, причем не только в Москве и области.
«Беспилотник — это не игрушка, — говорит Сергей, — Если дрон упадет на человека или машину с высоты полукилометра, мало не покажется, поэтому на операторе летательного аппарата лежит большая ответственность. В случае серьезного ЧП — вплоть до уголовной. Но процесс обучения управлению беспилотником проходит быстро: достаточно двух недель, чтобы освоить азы, а дальше человек нарабатывает опыт сам».
Фото: pixabay.com
Антон Размахнин, Светлана Репина, Елена Березина