Экс-полковник ГУЭБиПК утверждает, что не получил ни рубля за крышевание виртуальных счетов.
Пресненский райсуд Москвы приступил к рассмотрению нового дела в отношении бывшего заместителя начальника управления «Т» ГУЭБиПК МВД Дмитрия Захарченко, который обвиняется в получении взяток на сумму 1,4 млрд руб. Согласно оглашенному в суде обвинению, эти средства он получал за общее покровительство незаконным финансовым операциям, в том числе от оказавшегося вместе с ним на скамье подсудимых совладельца «Группы компаний 1520», члена совета директоров Интерпрогрессбанка Валерия Маркелова. Они, а также предполагаемые посредники в передаче взяток адвокат Виктор Белевцов и Василий Критинин вину в инкриминируемых преступлениях не признают.
В клетке, рассчитанной максимум на троих, четырем подсудимым оказалось тесно. И когда они по требованию председательствующего Сергея Артемьева разом вставали, им приходилось буквально вжиматься в стенки. Однако внешне недовольства они не проявляли.
На вопросы отвечали бодро и даже с охотой. На этом фоне особенно выделялся экс-полковник Дмитрий Захарченко, известный своим пристрастием к подробному изложению собственных версий событий.
Но вначале слово было предоставлено не подсудимым, а прокурору Милане Дигаевой, огласившей в суде описательную часть обвинительного заключения.
Она рассказала о дорогостоящем отдыхе Дмитрия Захарченко в сочинских отелях, включая «Гранд отель Поляна», который ему в 2015 году, по версии СКР, оплатил председатель совета директоров ПАО «Газпром автоматизация» Авшолум Юнаев. За общее покровительство и благосклонность Дмитрия Захарченко господину Юнаеву пришлось выложить 800 тыс. руб., которые он частями переводил на счета отелей в местных банках.
Затем госпожа Дигаева перешла к основным эпизодам криминальной деятельности экс-полковника Захарченко.
По версии следствия, в 2007–2009 годах за общее покровительство финансистам он получал ежемесячно по €150 тыс., а всего — €2,8 млн, или 109 млн руб. Позже, до августа 2016 года, через посредников Виктора Белевцова и Василия Критинина Дмитрию Захарченко было выплачено еще 1,3 млрд руб.
Суть же покровительства, которое вменили в вину подсудимому Захарченко, сводилась к обеспечению бесперебойной работы теневой финансовой структуры, основанной на компьютерной программе ABC. Благодаря ей разного рода теневые финансисты могли уходить от уплаты налогов, обналичивать средства и вообще проводить любые банковские операции, неподконтрольные финансовым или правоохранительным структурам государства.
За работу финансовой программы отвечали находящиеся сейчас в международном розыске партнеры подсудимого Маркелова: предприниматели Борис Ушерович, Иван Станкевич и Дмитрий Моторин. Всего же, по подсчетам СКР, расследовавшего дело в отношении Дмитрия Захарченко, экс-полковник получил за десять лет от финансистов около 1,4 млрд руб.
Бывшего борца с коррупцией обвинили в получения взяток в крупном и в особо крупном размерах (п. «в» ч. 5 ст. 290 и ч. 6 ст. 290 УК РФ). Валерию Маркелову вменили в вину дачу взятки (ч. 5 ст. 291 УК РФ), а адвокату Белевцову и знакомому полковника Захарченко Василию Критинину — посредничество во взяточничестве (ч. 4 ст. 291.1 УК РФ). Когда прокурор завершила чтение, судья Артемов поинтересовался у подсудимых, понятно ли им обвинение и признают ли они себя виновными.
Большинство из них были кратки: обвинение непонятно и виновными себя не признаем. Дольше всех, как обычно, отвечал Дмитрий Захарченко.
«Обвинение мне непонятно, поскольку там не сказано, за какое именно покровительство мне якобы платили деньги,— сообщил, в частности, подсудимый.— Неясно и каким образом я мог получать эти средства».
При этом Дмитрий Захарченко утверждал, что не мог бы распоряжаться деньгами, которые ему, по версии следствия, перечисляли на виртуальные счета, поскольку у него не возникло бы на них право собственности. Особенно его расстроило, что при этом финансисты открывали их, по версии СКР, на присвоенные экс-полковнику клички Захар Хитрый, Партнер и даже Вишенка. «Да мне просто неприятно об этом слышать,— возмущался подсудимый.— Да и что я мог бы получить с этих виртуальных счетов, ведь это как в тетради или на заборе написать, что у вас есть деньги, но распоряжаться вы ими все равно не могли бы». Отдых в Сочи, как заявил Дмитрий Захарченко, он оплатил сам, не объяснив, впрочем, откуда у него взялись 800 тыс. руб.
Напомним, что в 2019 году Дмитрий Захарченко был приговорен Пресненским райсудом к 12,5 года колонии строгого режима со штрафом 118 млн руб. и лишением звания полковника за воспрепятствование правосудию (ч. 3 ст. 294 УК РФ) и получение взятки в виде дисконтной карты сети ресторанов La Maree. По версии следствия, используя карту, борец с коррупцией мог сэкономить более 3 млн руб. Зато его оправдали по эпизоду с получением взятки в размере $800 тыс. Впрочем, правом на реабилитацию Дмитрий Захарченко пока не воспользовался.
В историю же Дмитрий Захарченко попал благодаря активам, конфискованным у него Генпрокуратурой. Согласно судебным решениям, в распоряжении экс-полковника и его близких находились средства, недвижимость, автомобили и предметы роскоши, оцениваемые в рекордную для силовиков сумму 9 млрд руб.
Алексей Соковнин