В январе-марте нынешнего года экономика 19 государств Евросоюза продемонстрировала рекордное падение за последние 25 лет, следует из отчета, опубликованного накануне Евростатом.
С документом ознакомилась «Газета.Ru».
Относительно октября-декабря 2019 года внутренний валовый продукт этих стран сократился на 3,6%. При этом в целом по европейскому сообществу, которое насчитывает 27 стран-участниц, падение ВВП в первом квартале составило 3,2% по сравнению с четвертым кварталом прошлого года, и 2,6% — по отношению к январю-марту 2019 года. Эти цифры являются рекордно низкими за период после глобального кризиса 2008-2009 годов, при этом скорость обвала экономики оказалась максимальной за все время оглашения макроэкономических показателей Евросоюза. Более того, аналитики банка «ING» утверждают, что падение ВВП в первом квартале стало антирекордом европейского сообщества за последние 50 лет.
Коронакризис не обошел стороной и столп европейской экономики – Германию, ВВП которой упал по сравнению с прошлогодними показателями на 2,3%, а относительно конца минувшего года – на 2,2%. Однако немецкий спад выглядит умеренным на фоне ситуации в Италии, Франции и Испании, ВВП которых обвалился на 5% и более.
В то же время, безработица в ЕС выросла несущественно – в среднем на 0,1-0,2%, но в отдельных государствах этот показатель значительно выше: в Болгарии после начала пандемии без работы осталось 0,9% трудоспособного населения, в Швеции, Словакии и Португалии – по 0,5%. Последний раз уровень безработицы в сообществе рос в 2013 году. Рядовые европейцы уже отреагировали на коронакризис сокращением потребления – в зоне единой валюты в первом квартале расходы домохозяйств упали на 4,7%, а в ЕС в целом – на 4,3%, хотя еще в конце минувшего года потребление выросло, соответственно, на 0,1% и 0,3%.
Однако, говорит председатель Европейского Центробанка Кристин Лагард, пик кризиса пока не пройден – по итогам второго квартала ВВП еврозоны упадет еще на 14%, а по итогам нынешнего года падение составит 8,7%. Брюсселю необходимо в максимально сжатые сроки утвердить обновленный проект бюджета ЕС на 2021-2027 годы с суммарной сметой €1,85 трлн, убеждена она. По оценке Лагард, нынешний кризис не имеет аналогов в послевоенный период – в нем нет виновных, однако он оказал шоковое воздействие на глобальную экономику.
Опрошенные изданием эксперты согласны, что коронакризисного дна экономика ЕС пока не достигла, и не видят предпосылок к апокалиптической ситуация в экономике. Шеф-аналитик «TeleTrade» Петр Пушкарёв констатирует, в январе-марте спад только начался, а жесткие карантинные ограничения еще не работали, поэтому во втором квартале падение ВВП неизбежно превысит 10%.
По результатам нынешнего года, полагает аналитик, сбудется прогноз Евроцентробанка, в котором оговаривается спад на 8,7%. Если учесть, что на следующий год регулятор прочит рост ВВП на 5,2%, к концу 2021 года экономика ЕС обвалится на 3% относительно 2019 года. Но, по мнению Пушкарева, массовых банкротств компаниям Евросоюза удастся избежать, а восстановление в целом будет носить стремительный характер. К примеру, в США за посткарантинный май на работу устроились 2,5 млн человек из 22 млн американцев, потерявших ее на пике пандемии. Эксперт допускает, что стоимость товаров в ЕС останется неизменной либо несколько снизится, поскольку в условиях падения спроса конкуренция за покупателей между ритейлерами возрастет.
Глава Центра региональной политики ИПЭИ РАНХиГС Владимир Климанов считает, что последствия пандемии превзойдут кризис 2008-2009 годов по цифрам и масштабу. Предыдущий кризис был порожден ситуацией на американском финансовом рынке, а коронакризис ударил по большинству сегментов экономик всех государств, включительно с движущей силой 2010-х – «экономикой впечатлений». Этот термин, введенный учеными Гарварда, охватывает сектора, производящие продукцию с высокой добавленной стоимостью, которая зависит от условий, в которых продается товар.
«Экономика впечатлений» — это туризм, ресторанный бизнес, сферы культуры и образования, уточняет эксперт. Но, говорит Климанов, рассчитывать на то, что обвал спроса провоцирует удешевление товаров и услуг, не стоит, скорее, напротив, они будут дорожать – с учетом новых затрат бизнеса на соблюдение противоэпидемических мер, старых – на зарплаты и аренду, а также общего снижения рентабельности.