После пандемии в России может повыситься число инвалидов.
С окончанием пандемии коронавируса в России может вырасти число инвалидов. Дело в том, что одним из последствий пневмонии, которую вызывает COVID-19, может стать фиброз легких, что часто приводит к дыхательной недостаточности (ДН) и нарушению функций органов. А это уже может стать показанием для присвоения человеку инвалидности. Сколько граждан страны после перенесенного COVID-19 будут иметь ДН, прогнозировать сложно, заявили «Известиям» эксперты. Однако можно предположить, что их число увеличится, считают они. При этом метод лечения для восстановления легких уже создан и сейчас проходит апробацию, отметили специалисты.
Инвалидность под вопросом
Число людей, зараженных новым коронавирусом в России, уже превысило 21 тыс. При этом возросло и число выздоровевших — почти 1,7 тыс. Врачи отмечают, что одни пациенты переносят COVID-19 бессимптомно, а другие выходят из него с фиброзом легких — отдаленным последствием пневмонии, которое зачастую бывает вызвано пребыванием на ИВЛ и ЭКМО. Обычно такие изменения развиваются у тех, кто находился в реанимационных отделениях и имел обширное воспаление с формированием острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС).
ОРДС может быть спровоцирован не только COVID-19, но и обычным гриппом, сепсисом или хирургическим вмешательством. После этого опасного для жизни поражения легких развивается дыхательная недостаточность, которая в итоге может стать показанием для получения инвалидности.
Стойкая ДН различных степеней входит в перечень заболеваний, дефектов, необратимых морфологических изменений, а также нарушений функций органов и систем организма, которые берутся за основу для признания человека инвалидом согласно постановлению правительства РФ от 20.02.2006 N 95 (ред. от 14.11.2019) «О порядке и условиях признания лица инвалидом».
Однако сейчас дать прогноз, сколько именно граждан будут иметь такие показания после окончания пандемии, не может никто, отметил в разговоре с «Известиями» завкафедрой пульмонологии Сеченовского университета, член-корреспондент РАН Сергей Авдеев.
— На данный момент ни у нас, ни в других странах статистики по таким отдаленным последствиям перенесенного COVID-19 нет, — подчеркнул он. — Поэтому знать, сколько процентов людей будут иметь фиброз легких, а тем более инвалидность вследствие этого, мы не можем.
Действительно, «Известиям» удалось найти лишь одну научную статью на эту тему, написанную коллективом ученых КНР. В ней содержатся гипотетические рассуждения по поводу легочного фиброза и его влияния на качество жизни пациентов после COVID-19. Впрочем, отсутствие статистики может быть лишь свидетельством того, что реабилитация даже самых первых выздоровевших пациентов еще не закончена. С начала пандемии прошло слишком мало времени, чтобы делать выводы.
Особый вирус
Однако даже эти гипотетические рассуждения могут быть полезными при условии знаний о патогенезе COVID-19. По мнению завлабораторией экологии микроорганизмов Школы биомедицины ДВФУ Михаила Щелканова, при вирусных пневмониях с поражением нижних дыхательных путей возникновение фиброза всё же вероятно.
— Чем отличается этот вирус, допустим, от вируса гриппа, который поражает больше эпителий бронхиол? SARS-CoV-2 атакует альвеолоциты, самую функциональную ткань легких, — пояснил эксперт. — Как известно, именно в альвеолах происходит газообмен. И это, конечно, вдвойне опасно с точки зрения развития фиброза.
С концепцией большей опасности при воздействии на легкие именно коронавируса согласен и руководитель лаборатории геномной инженерии МФТИ Павел Волчков. Только дело, по его словам, не в механизме воздействия, а в новизне этого патогена для человечества.
— Думаю абсолютно не важно, какая инфекция, важно ее распространение в легких, — подчеркнул ученый. — SARS-CoV-2 вызывает обширное поражение потому, что это новый патоген, в отличие от вируса гриппа, к которому у людей уже выработались антитела.
В случае, когда COVID-19 развивается по худшему варианту и фиброз в легких всё же возникает, получение инвалидности будет зависеть от функциональных особенностей сохранившихся органов дыхания, полагает профессор кафедры госпитальной терапии № 2 лечебного факультета РНИМУ им. Н.И. Пирогова, врач-пульмонолог Александр Карабиненко.
— Если большой объем легких поражен, то может потребоваться постоянная кислородная поддержка, — сказал он «Известиям». — Впрочем, у многих людей легкие могут компенсировать такие состояния.
В тяжелых случаях пациенту придется приобрести кислородный концентратор — аппарат для выделения молекул кислорода из окружающей атмосферы. Такой прибор, по словам врача, был у известного актера и режиссера Олега Ефремова. С помощью этого устройства он смог прожить еще восемь лет.
После ОРДС около 10% пациентов обычно нуждаются в такой кислородной поддержке, сообщил Александр Карабиненко.
Впрочем, для пациентов, перенесших тяжелейший COVID-19, есть и хорошая новость. Сейчас для восстановления тканей легких с фиброзом уже начали использовать плюрипотентные стволовые клетки. В данный момент протоколы лечения совершенствуются, и вскоре такие состояния можно будет лечить, считают специалисты.
Ожидаем лучшего
«Известия» направили запрос в Минтруд с просьбой сообщить, ожидает ли ведомство увеличения числа инвалидов в связи с пандемией в ближайшее время.
Официальной статистики, связанной с тяжелым течением пневмонии при COVID-19, пока нет. Более того, учитывая, что ситуация еще развивается, эти данные не могут быть надежными, отметила доцент кафедры государственного и муниципального управления РЭУ им. Г.В. Плеханова Елена Бабкина.
Однако если предположить, что они будут примерно совпадать с общей статистикой по тяжелому течению вирусных пневмоний, можно сделать вывод, что процент таких больных составит 5–7%, сказала эксперт.
— То есть, при условном количестве в 100 тыс. заболевших прирост потенциальных инвалидов составит менее 0,05% от текущих цифр (сейчас в России порядка 12,5 млн инвалидов. — «Известия»). Кроме того, после окончания основного курса лечения пациентам, перенесшим болезнь в тяжелой форме, будет проведен комплекс реабилитационных мероприятий, направленных на минимизацию остаточных изменений в легких, что позволит еще уменьшить этот показатель, — заявила Елена Бабкина.
Эти расчеты позволяют надеяться, что резкого всплеска инвалидизации, с которым не могла бы справиться отечественная система здравоохранения, всё же не произойдет.
Сводки с медфронта
По данным оперативного штаба Москвы, за сутки 14 апреля в России подтверждено 2 774 новых случая коронавируса (13 апреля — 2 558 заболевших, 12 апреля — 2 186, 11 апреля — 1 667). Всего в стране с начала эпидемии зарегистрировано 21 102 инфицированных.
В регионах лидерами по заболеваемости являются Московская область (460), Санкт-Петербург (121) и Республика Коми (97). За весь период эпидемии умерло 170 человек, выздоровело 1694.
Специфического лечения на данный момент от COVID-19 не существует. Врачи согласно рекомендациям Минздрава РФ пробуют воздействовать на болезнь уже созданными противовирусными препаратами. Применяются «Хлорохин», «Гидроксихлорохин», «Лопинавир»+«Ритонавир», «Азитромицин» (в комбинации с «Гидроксихлорохином») и препараты интерферонов. На стадии клинических испытаний находятся «Умифеновир» («Арбидол»), «Ремдесивир» и «Фавипиравир». К слову, об эффективности «Фавипиравира» в интервью «Известиям» ранее заявил доктор биологических наук, завлабораторией биотехнологии и вирусологии факультета естественных наук Новосибирского государственного университета Сергей Нетёсов.
Другой метод, который активно развивается в России, — обогащение крови заболевших плазмой выздоровевших больных. С ее помощью пытаются спасать самых тяжелых пациентов.
Также на финишной прямой находятся и три российские вакцины. По словам главы Роспотребнадзора Анны Поповой, они были отобраны из 27 вариантов.
Анна Урманцева, Анна Ивушкина