Регулятор будет сам обращаться в суд, не дожидаясь возбуждения уголовных дел.
В Госдуму внесли серию законопроектов об усилении ответственности акционеров и топ-менеджеров финансовых организаций при отзыве лицензии или введении временной администрации. Среди мер — временный запрет на выезд из России.
Группа депутатов подготовила поправки в Уголовный кодекс и несколько законопроектов, которые усиливают ответственность акционеров и топ-менеджмента за банкротство банков, страховых компаний и негосударственных пенсионных фондов (НПФ). Документы опубликованы на сайте Госдумы. Среди авторов законопроектов — зампред Госдумы Ирина Яровая и глава комитета по финансовому рынку Анатолий Аксаков.
После банкротства кредитных организаций бывшие руководители и владельцы банков, которые могли быть привлечены к уголовной и субсидиарной ответственности, «зачастую успевают покинуть страну, причем, как правило, с предварительно выведенными активами», говорится в пояснительной записке к пакету законопроектов. Существующие законы не позволяют своевременно пресечь выезд таких лиц, а предлагаемые поправки предусматривают механизм введения подобных ограничений для них.
Концепция изменений поддерживается Верховным судом, Минфином, Минэкономразвития, МВД, Генпрокуратурой, Минюстом, ФНС и самим ЦБ, утверждается в пояснительной записке.
Невыездные банкиры
После принятия законопроектов финансовый регулятор сможет обращаться в суд с заявлением о временном ограничении права на выезд из России для топ-менеджеров и владельцев кредитных организаций. Такая возможность появится у ЦБ в случае назначения в банк временной администрации или отзыва у него лицензии.
Суд сможет запрещать выезд из страны всему руководству банка — гендиректору, его заместителям, членам совета директоров, главному бухгалтеру, а также лицам, которых ЦБ включил в перечень тех, кто контролирует кредитную организацию. Одно из условий — эти лица должны были владеть банком или работать в нем в течение трех лет до подачи Центральным банком заявления в суд. Право обращаться с заявлением о запрете на выезд из страны у регулятора появится и в отношении руководства и акционеров страховых компаний и НПФ.
Отдельно прописаны изменения в Кодекс административного судопроизводства: обязанность доказывания обстоятельств, которые ЦБ изложит в заявлении о запрете на выезд из России для топ-менеджмента, будет лежать на самом Центральном банке. Предельный срок запрета на выезд из страны — 180 дней.
«Ответственность топ-менеджмента финансовых организаций в случае их банкротства и так была достаточно высокой», — отмечает партнер юридической компании O2 Consulting Татьяна Сафонова. Сейчас руководители финансовых организаций-банкротов могут лишиться прав занимать руководящие должности на срок до десяти лет, а налоговые органы все чаще накладывают субсидиарную ответственность на акционеров и бенефициаров компаний, обвиняемых в неуплате налогов. «Ограничение права на выезд после признания организации банкротом или отзыва у нее лицензии может оказаться запоздалым. Данные процедуры занимают существенный промежуток времени, достаточный для принятия оперативного решения об отъезде», — обращает внимание Сафонова.
«В этой инициативе позитивно только то, что для Центробанка предусмотрена обязанность доказать обоснованность ограничения на выезд каждого лица, — говорит партнер FMG Group Николай Коленчук. — Эти поправки, думается, продиктованы тем, что в адрес ЦБ и АСВ нередко предъявляются претензии в нерасторопности <…> и раскачке на первичных этапах банкротства». Если конкретное лицо, чье право на передвижение ограничено, не будет признано несущим ответственность в процессе банкротства, к Центробанку должны быть предъявлены иски как имущественного характера, так и связанные с защитой репутации, замечает юрист.
Как уезжали собственники и топ-менеджеры банков
Новые законодательные инициативы последовали намного позже санаций трех частных банковских групп — «Открытия», Бинбанка и Промсвязьбанка, в 2017 году. Последствием санации «Открытия» стали уголовные дела и арбитражные разбирательства против бывших акционеров банка. Следственный комитет обвиняет бывшего предправления банка Евгения Данкевича в растрате в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК). По версии следствия, в 2017 году Данкевич договорился с неустановленными лицами из числа руководства O1 Group Бориса Минца и его компании «O1 Груп Финанс» о приобретении облигаций последней на 34 млрд руб., зная, что реальная стоимость бумаг составляет менее половины от их номинала.
Данкевич уехал из России в сентябре 2017 года («Открытие» санировали в конце августа), Минц значительно позже — в 2018 году, но он давно не был совладельцем «Открытия», а его бизнес был связан с банком только финансово. Бывший совладелец «Открытия» Вадим Беляев также уехал вскоре после санации «Открытия».
«Если бы временная администрация, Центральный банк, правоохранители, может быть, и менеджмент «Открытия» действовали быстрее, какой-то дополнительный эффект был бы, это смешно отрицать», — говорил РБК нынешний глава банка «Открытие» Михаил Задорнов, комментируя действия силовиков и ЦБ по взысканию активов бывших банкиров.
Совладельцы Промсвязьбанка братья Алексей и Дмитрий Ананьевы покинули Россию в течение недели после прихода регулятора. Алексея Ананьева последний раз видели в банке в день ввода временной администрации 15 декабря, а Дмитрий вылетел из Шереметьево в Лондон 21 декабря, писал РБК. Совладельцы Бинбанка — миноритарий Михаил Гуцериев и основной акционер, его племянник Микаил Шишханов, — остались в России. Гуцериев в итоге заключил сделку на 135 млрд руб. с банком «Траст», получившим проблемные активы санированных банков.
Среди других банкиров, заочно арестованных в России и находящихся за рубежом, Георгий Беджамов (Внешпромбанк), Анатолий Мотылев («Российский кредит»), Сергей Леонтьев (Пробизнесбанк) и другие.
Что еще грозит финансистам
Помимо поправок о запрете на выезд из России в Госдуму внесен ряд законопроектов, усиливающих ответственность топ-менеджеров и акционеров за банкротство банков, страховых компаний и НПФ.
Расширение уголовной ответственности. Проект поправок в Уголовный кодекс подразумевает изменение сразу трех статей УК — 195, 196 и 197. Сейчас они закрепляют ответственность за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное банкротство и фиктивное банкротство при наличии крупного ущерба. Депутаты предлагают дополнить кодекс отдельными статьями 195 (1), 196 (1) и 197 (1), которые будут регулировать ответственность за те же преступления, но при банкротстве банков, страховщиков и НПФ.
По новым статьям наказание будет строже. Например, за сокрытие имущества, подделку отчетности и уничтожение документов при банкротстве юрлиц суд может приговорить к лишению свободы до трех лет. За те же преступления в отношении финансовых организаций максимальное наказание будет строже — до пяти лет. А если эти деяния причинят крупный ущерб, срок лишения свободы может вырасти до шести лет. За преднамеренное банкротство банков, страховщиков и НПФ или их фиктивное банкротство сроки самих строгих наказаний тоже вырастут до семи лет против шести в действующей редакции статей 196 и 197.
Статья 195 получит еще одно дополнение. Сейчас она не устанавливает ответственность за препятствование деятельности конкурсного управляющего, но Агентство по страхованию вкладов (АСВ) может выступать конкурсным управляющим в делах о банкротстве банков, страховщиков и НПФ. Таким образом, создается неопределенность в признании препятствования работе АСВ уголовно наказуемым деянием, пишут депутаты. Этим законопроектом такой правовой пробел устраняется, сказано в записке.
В целом меры обусловлены тем, что умышленное банкротство банков, страховщиков и НПФ представляет «реальную угрозу правам и законным интересам граждан, национальной безопасности и социально-экономическому развитию государства», объясняется логика инициативы в пояснительной записке. Ежегодно банкротятся десятки тысяч организаций и граждан, но по этим трем статьям возбуждаются около сотни уголовных дел в год, а в суд направляется еще меньше.
Статьи 195, 196 и 197 УК имеют недостаток, связанный с неконкретностью объективной стороны преступления, говорит адвокат PB Legal по уголовным делам Анна Глущенко. Из-за этого на практике возникают сложности с правильной квалификацией противоправных деяний, при сборе доказательств, а также установлении реального выгодоприобретателя. Новые поправки не изменят ситуацию в части применения указанных статей, так как формулировка объективной стороны преступления остается прежней, считает Глущенко.
Регулятор будет сам определять акционеров. Сейчас финансовые организации самостоятельно направляют в ЦБ информацию о своих акционерах. Поправки в закон о банках предполагают, что Банк России сможет признавать лицо контролирующим банк, страховщика или НПФ «в случае обоснованного предположения о соответствии лица признакам контролирующего лица». Решение об этом будет принимать комитет банковского надзора, оно должно содержать обоснование принятия. Дополнительно комитет сможет запрашивать мнение Росфинмониторинга о том, может ли лицо соответствовать признакам контролирующего акционера.
Даже после потери статуса контролирующего лица, по мнению ЦБ, информация об этом будет содержаться в перечне контролирующих лиц в течение трех лет. У таких акционеров будет право обжаловать включение в перечень.
Предварительный арест активов. Если Банк России установит, что капитал банка, страховой компании или НПФ достиг отрицательных значений, он сможет обратиться в суд с заявлением об аресте имущества лиц, контролирующих такую организацию. Размер обеспечительных мер будет ограничен размером дыры в финансовой организации, то есть величиной средств, необходимой для пополнения капитала до нормативных уровней. Поправки предполагают, что у ЦБ будет 30 дней, чтобы предъявить требования, по которым накладываются предварительные обеспечительные меры.
Такие поправки продиктованы сложностью судебных процессов, которые приходится вести при привлечении собственников финансовых организацией к субсидиарной ответственности, говорится в пояснительной записке.
Письма председателя ЦБ. Отдельно закрепляется обязанность силовиков детально отвечать на запросы руководства ЦБ. Закон о Центральном банке дополнят нормой, согласно которой ответы на обращения председателя ЦБ в правоохранительные органы о противоправной деятельности должны быть подписаны руководителем правоохранительного органа или его заместителем. Причем ответ должен содержать информацию о ходе рассмотрения обращения ЦБ и принятых решениях по переданным Банком России материалам.
Павел Казарновский