Омский Следком расследует беспорядки, разгоревшиеся на минувших выходных в исправительном учреждении ИК-6.
Там зэки, которых называют «черными», намеревались учинить бунт, провоцируя других арестантов. Им хотелось поблажек по режиму, но спецназ ФСИН подавил восстание, причем в ведомстве уверяют, что этого удалось достичь без применения силы и специальных средств, и пострадавших среди зэков нет. По информации источников Лайфа, сперва силовики будут разбираться с местными «авторитетами».
То, что в омской колонии строгого режима ИК-6, действующей с 1943 года, бунтуют заключенные, выяснилось в воскресенье, 7 октября, хотя началось все еще накануне. По одной из версий, инициировали восстание «черные зэки», которые не хотят жить по местным законам и правилам, а стремятся соблюдать уставы мира уголовников. Они якобы хотели привлечь на свою сторону и других арестантов, но «актив», то есть заключенные, сотрудничающие с администрацией, помешали им. По другим сведениям, зэки взбунтовались против прессовавших их «активистов». По предварительной информации, в идейной битве схлестнулись 200 человек, и «черные» хотели, чтобы им было позволено делать то, что расценивается как грубое нарушение режима.
По данным регионального УФСИН, арестанты требовали предоставить им возможность пользоваться мобильниками и свободно передвигаться по территории ИК.
Также они настаивали на том, чтобы все нарушители были выпущены из штрафных изоляторов, рассказали в тюремном ведомстве.
К беспорядкам приобщились три отряда. На окнах местного общежития был вывешен самодельный плакат с надписью «Спасите». Руководство областной пенитенциарной службы решило завести на территорию колонии спецназовцев. По словам представителей УФСИН, это было сделано для того, чтобы изолировать от остальных зэков тех арестантов, которые участвовали в смуте. Кроме того, были проведены обыски по ИК-6 с целью пресечения дальнейших действий негативно настроенных осужденных и для предотвращения их влияния на других подопечных колонии.
Тот самый плакат. Фото: Радио Свобода
Окончательно усмирить и удалить бунтарей от других арестантов удалось только в воскресенье. Вобластном УФСИН заверяют, что физическую силу к смутьянам не применяли.
Колонию по периметру оцепили полиция и ОМОН, близлежащую дорогу перекрыли. Спустя некоторое время к ИК-6 пришли родственники заключенных, которым хотелось узнать, что происходит с их близкими, но правоохранители вежливо попросили их удалиться с тротуара, прилегающего к стенам учреждения.
Уже после подавления смуты в колонию прибыли сотрудники прокуратуры и регионального управления Следкома. Выяснилось, что в ходе драки пострадали 20 осужденных, которым оказывали помощи местные врачи. По факту бунта открыли уголовное дело. За дезорганизацию работы ИК зачинщики могут получить до 12 лет тюрьмы.
По информации источников из правоохранительных органов, прежде всего следователи будут разбираться с местными криминальными авторитетами, так как есть подозрения, что все происходящее было спектаклем, истинной целью которого было не облегчение жизни рядовым зэкам, а стремление криминальных лидеров к получению авторитета и поблажек для себя и своих приближенных.
Российские колонии делят на «черные», где контроль обстановки и порядков пытается подмять под себя криминальный мир, и «красные», где его осуществляют администрация и зэки, которые с ней сотрудничают ради УДО.
ИК-6 проходит как «красная», но местные «черные» заключенные постоянно пытаются изменить условия по себя. По словам источника из ФСИН, зачинщикам бунт интересен еще и потому, что в случае, если он будет успешным и порядки изменятся, то об этом узнают в криминальном мире, и организатор после выхода на волю имеет все шансы на то, чтобы стать вором в законе.
Собеседник уверен в том, что все случившееся в колонии является четко продуманной операцией, и местные авторитеты хотели провернуть ее силами рядовых зэков, руководя всем происходящим из-за ширмы. Параллельно со смутой устраивается что-то вроде пиар-кампании, пояснил источник, когда к колонии съезжаются родные арестантов, правозащитники и журналисты.
В случае, если бунт подавляют, первой страдает именно «пехота» из обычных осужденных. Если же администрация пенитенциарного учреждения соглашается вести переговоры, то в них участвуют именно местные авторитеты, которые, впрочем, договариваются не об улучшении режима в целом, а за поблажки для себя и своего круга.