В Мордовии в колонии особого режима ИК-5, где отбывают срок бывшие силовики, ближайшие 12 лет жизни проведет и Денис Сугробов, ранее руководивший антикоррупционным подразделением МВД.
Колония строгого режима, в которой предстоит отбывать срок бывшему генералу и антикоррупционеру МВД Денису Сугробову, находится на территории поселка Леплей, что в Зубово-Полянском районе Мордовии. Экс-руководитель ГУЭБиПК попал сюда относительно недавно – «мотает срок» с этой весны. Исправительную колонию №5 называют «красной», поскольку здесь отбывают наказание бывшие судьи, прокуроры, оперативники, полицейские, гаишники и адвокаты. Сама территория пенитенциарного заведения разделена на участки, на которых возведены малоэтажные корпуса. Каждый корпус рассчитан на проживание одного отряда заключенных. Свободных проходов к соседним баракам нет – везде действует пропускная система.
Бывшие сослуживцы Сугробова не забывают и регулярно наносят ему визиты. По словам одного из экс-коллег, условия там неплохие, однако зэка-силовика тяготит отсутствие трудовой деятельности. В ИК-5 действует несколько цехов — швейный, деревообрабатывающий и колбасный – однако занять всех «подопечных» не выходит. Большая половина отбывающих наказание, включая Сугробова, сидит без дела.
Зато ему есть с кем пообщаться. В собеседники экс-силовик выбрал себе соседа по отряду — бывшего полковника ГРУ Владимира Квачкова. Последнего пять лет назад приговорили к 13 годам заключения за организацию мятежа. В Верховном суде РФ спустя время срок сократили до восьми лет лишения свободы, однако в 2017 году накинули еще полтора года за экстремизм. Во время своих бесед, экс-силовики обсуждают различные жизненные темы. Периодически Квачкова уводят из отряда в связи с его поведением.
Экс-разведчик известен тут своими нарушениями режима, за что получает регулярные взыскания от администрации и нередко бывает в местном штрафном изоляторе.
По словам источников, приближенных к Денису Сугробову, он попросил у местных библиотекарей исторических книг о Великой Отечественной войне, сейчас занимается их изучением и анализом сражений. Как пояснил приятель бывшего силовика, Сугробов пытается понять какие из сведений достоверны, а какие нет.
Собеседник из Федеральной службы исполнения наказаний сказал журналистам издания, что пребывание заключенного в отряде означает, что «у него все нормально», и нет конфликтов с администрацией. Если Сугробов в ближайшие годы намерен подавать запрос об УДО, то ему следует быть на хорошем счету и взыскания тут ни к чему, отметил источник.
У тех, кто нарывается на неприятности, жизнь в колонии протекает иначе. В пример можно привести ситуацию бывшего оперативника столичного УБОП Сергея Хаджикурбанова. Он получил 20 лет за вымогательство и убийство журналиста «Новой газеты» Анны Политковской. Последние два года он провел вне отряда. Его содержат в помещении камерного типа, которой представляет собой тюрьму внутри тюрьмы из-за очень жестки условий содержания. По сути, ПКТ является камерой-одиночкой, в дневное время спальное место здесь поднимается и можно лишь сидеть на табурете.
Хоть ИК-5 и имеет статус «красной», неформальное деление на касты тут все равно имеется. Того же Хаджикурбанова местные зэки считают авторитетным. К слову, именно бывшие опера, тем более из уголовного розыска либо спецназа, получают главенство в таких колониях.
Самой презираемой категорией в «красной» зоне являются те, кто на воле занимал судейскую либо прокурорскую должность, или же был адвокатом. Считается, что такие люди в обычной жизни добавляют проблем силовикам.
Напомним, генерал Сугробов и его подчиненные прошлой весной были признаны виновными в создании преступной группировки, в которой сами же осужденные и участвовали.
Кроме того, фигурантам предъявили превышение должностных полномочий и провокацию взяток. У Сугробова отобрали звание и дали 22 года лишения свободы. Остальные подсудимые получили от четырёх до 20 лет заключения. В конце 2017 года решением Верховного суд сроки фигурантам по резонансному делу ГУЭБиПК были снижены: в случае Сугробова вдвое — до 12 лет.
Стоит отметить, что в ближайшие года все соучастники могут выйти на свободу. Большинство арестов были проведены зимой и весной 2014 года, в СИЗО обвиняемые провели почти четыре года, которые им зачли в наказание.
Статья «Организация преступного сообщества» является особо тяжкой, так что об УДО осужденный может не думать до тех пор, пока не отсидит на зоне две трети срока. Следовательно, условно-досрочное освобождение Сугробов может просить через четыре года, если будет на хорошем счету у администрации колонии.