В России все популярнее становится процедура персонального банкротства.
Институт начал действовать в стране почти шесть лет назад. С момента его появления возможностью обанкротиться воспользовались свыше 370 тыс. граждан, и число желающих только растет, пишет «Коммерсант».
В первом полугодии 2021-го количество банкротов достигло 88 тысяч, рост показателя составил 2,1 раза. Большинство граждан относятся к этой процедуре как к законному способу списания долгов, кстати, чаще всего именно этим все и ограничивается. Тем не менее, нельзя исключать риски, когда и процедура несостоятельности оказывается пройдена, но и задолженность никуда не делась.
В ст. 213.28 закона о банкротстве прописано две возможности отказа списать долги.
Во-первых, есть так называемые «несмываемые» обязательства. Такие долги не зависят от поведения должника, а зачастую связаны с личностью того, кто дал кредит. В частности, к таковым относятся компенсации ущерба жизни или здоровью, а также морального вреда, выплата заработной платы, взыскание алиментов, выплаты по субсидиям и прочее.
Все, что не является «несмываемым», может быть списано, но есть второй нюанс.
Суд может оказать должнику, признав его недобросовестным. На сегодняшний день известно о 2,8 тыс. подобных случаев, и, как отметили в Судебном департаменте при ВС, доля указанных прецедентов не превышает 2% от того количества банкротств, которые регистрируются ежегодно.
При этом основания для применения одного из двух вариантов отказа можно разделить еще на три группы. Это произойдет если должник привлечен к уголовной (административной) ответственности за процедурные нарушения или же за умышленное (фейковое) банкротство. Вторым основанием может стать непредоставление сведений или предоставление заведомо ложных данных финуправляющему либо суду. И, наконец, в-третьих, если будет установлено, что действия должника были незаконными при возникновении или исполнении обязательств. К примеру, он был «злостным уклонистом», лгал при оформлении кредита, скрыл имущество или же признан мошенником. С последней группой оснований заявители сталкиваются чаще всего: в прошлом году почти полтысячи таких граждан получили отказ суда в освобождении от долгов.
По мнению юристов и управляющих, опрошенных изданием, правовой аспект процедуры персонального банкротства проработан в достаточной степени, зато с единообразием судейского подхода есть сложности. По словам арбитражного управляющего Сергея Домнина, суды, если говорить в целом, довольно взвешенно подходят к принятию решений, хотя добавляет, что в отдельных случаях бывают эксцессы. О том, что чаще всего суды ведут себя «адекватно» говорит и старший партнер КА Pen &Paper Валерий Зинченко. Эксперт поясняет, что этому способствуют позиции Верховного суда и окружных кассаций. При этом есть моменты, вызывающие у него удивление. Например, когда признают факт непогашения задолженности, а также отсутствие потребности в займе, основаниями для отказов.
Вопросы к судьям периодически возникают и у партнера «Арбитраж.ру» Владимира Ефремова. Он сталкивался с ситуациями, когда имелись явные признаки недобросовестности должника, но от обязательств его освобождали. Наряду с такими инцидентами суд оставлял долги закредитованным пенсионерам, у которых в течение восьми лет не выходило вернуть деньги кредиторам, акцентирует внимание Владимир Ефремов.
По мнению директора департамента корпоративного права РКТ Елены Кравцовой, гражданин должен нести ответственность только в том случае, если он умышленно действовал недобросовестно — обманывал, скрывал информацию и активы. Впрочем, арбитражный управляющий Игорь Вышегородцев уверен, что доказывать недобросовестность заемщика нужно кредиторам, поскольку Гражданский кодекс предполагает, что участники оборота должны действовать в соответствии с принципом добросовестности. Если же возникают сомнения, их необходимо аргументировать и подкрепить доказательствами, а не действовать интуитивно.
Анализ практики свидетельствует о том, что в судах дают оценку еще и рациональности поведения потенциальных банкротов, ошибочно трактуя их неразумные поступки (к примеру, трату денег на азартные игры) как недобросовестные, подчеркивает Елена Кравцова. Валерий Зинченко обращает внимание на то, что расходование денег на цели, кажущиеся судьям сомнительными, не указывает прямо на недобросовестность должника и не должно становиться препятствием к списанию долгов. Решение суда должно быть основано на фактах и законности, а не на оценочном суждении по «пуританским меркам», резюмирует эксперт.