Трудно считать врагами тех, чьи предметы и понятия используются в активном обиходе. Разве можно думать о плохом, когда ешь «Русскую змерзлину», спрашивает эксперт.
Привнести в мир мир, делясь с ним идеями, вещами, словами, мыслями. Ведь и в этом, наравне со множеством других, проявляется предназначение народа: когда кто-то сторонний и совершенно чуждый воспринимает и принимает «русское», «российское» как свое, полагает заведующий отделом международных рынков капитала Института мировой экономики и международных отношений РАН Яков Миркин, пишет «Российская газета».
Какие «русские» вещи вошли в обиход заграницы, став родными? Что экспортирует наше государство помимо сырья, запасов недр – из простейших предметов бытия, о чем автоматически вспоминают этих «русских»? Если речь не вести о писателях, талантливых творческих людях, живописцах, если отпустить всемирное убеждение о «русской загадочной душе», вечной рефлексии?
Чехия – одна из любимейших стран. Все восторгаются Прагой и чешским пивом. «Россумские универсальные роботы» Чапека – они ведь и наши в определенной мере. Что русского есть у чехов? «Морозко» – мультфильм, обожаемый чешскими детьми. Новый год для них невозможно представить без экранизации этой старой доброй сказки. «Русское мороженое», то есть «Русская змерзлина», по уверениям жителей Республики, лучшее в мире и стране. Летом на него колоссальный спрос. Днем с огнем не сыскать. Что в нем особенного? Это наше прошлое: истинный вкус советского мороженого. Вафельный брикет, который когда-то можно было купить за копейки. Однако, качество на века. Натуральное, безумно вкусное. Торт «Медовик», привезенный в страну русскими эмигрантами, покорил чехов. Хотя его нельзя назвать исконно русским лакомством.
Хорошо уметь «продавать себя», делая имя и строя образ страны на таких бытовых вещах, рассуждает эксперт. Умеем ли мы применять эту «мягкую силу» так, как это делают в мире: Париж, Нью-Йорк, Прага? До чего же приятно в лучших иностранных ресторанах и кафе видеть русские блюда! «Русский салат» в меню – правило хорошего тона. И не важно, что от оригинала он весьма далек. Не важно, что в нем больше сходства с немецким картофельным салатом, а не с нашим «Оливье». Приятно! Даже если в него добавляют моллюсков, он все равно имеет связь с Россией, хотя и в непривычном формате,мало имеющего общего с тазами «Оливье», традиционно собираемых под Новый год.
Когда ешь «Русское мороженое» сложно увидеть в русских врагов, полагает эксперт. А чешское пиво как тесно переплелось с немецкой рулькой? Хотя исторически их невозможно было представить приятелями. А бефстроганов, мясо по-строгановски – стоит поблагодарить графа Строганова. Улыбка появляется на лице, если видишь в известных за рубежом ресторанах то, что исконно наше, что помнишь еще из советского детства и школьных столовых. Пельмени, сгущенка с «тем самым вкусом», быстрые закуски-канапешки. Во многих странах в почете. Как и десерт «Павлова». За права на этот кондитерский шедевр спорят Новая Зеландия, Австралия и США.
«Русская сервировка», захватившая мир – подача блюд по одному. Бистро, самовар и так далее. Чья «Столичная» – польская или русская? В Британии видим «Русский чай» – немыслимо!
А если более свежее и понятное? «Маша и медведь»! Эта неугомонная Маша покорила весь мир, как и «Смешарики». Классика, балет – уже традиционно русские. Фильм «Мама» с Боярским и Гурченко включают в эфир в Румынии, Норвегии. В США обожают Чайковского «1812 год», в увертюре звучит гимн «Боже, царя храни». Все это под фейерверки, залпы салютов на День независимости! Если Рождество, то «Щелкунчик». И тетрис не забыли там, и «московские шапки».
Приятно отдавать в мир совершенно чудесные вещи, которые не взрывают, не калечат, а дарят исключительную радость людям. Можно ли покорить мир бытом и совершенно заурядными предметами? Это приятная повседневность. И как хорошо, что и наша тоже, подытожил Миркин!