Помощник Кадырова изобрёл способ отбора по ДНК.
В государственном НИИ нейронаук и медицины разработали новый способ отбора сотрудников силовых ведомств. Служить должны россияне, обладающие наследственной предрасположенностью – комбинацией шести особых генов ДНК. Учёные используют в том числе термин «ген воина».
Обнаруженный «Октагоном» патент зарегистрирован в этом году, информация о нём содержится в открытых источниках и не является секретной. Среди авторов разработки – Даниил Мартынов, помощник главы Чечни Рамзана Кадырова. В самом новосибирском НИИ разработке присвоен статус секретности; для получения информации о ней редакцию издания попросили прислать ряд документов и полный перечень сотрудников для выявления кадров с иностранным гражданством. Первый этап исследования прошёл с участием бойцов Росгвардии.
Только 2 процента спецназовцев патологически агрессивны
Разработчики уверены, что систему профотбора в силовые ведомства надо модернизировать: психологические опросники устарели, соискатели врут и могут обманывать полиграф. Остаётся только наблюдать, в лучшем случае с помощью «психологических и нейрофизиологических методов», но проверить бойцовские качества можно, по сути, лишь в реальном бою. При этом не всё определяется физической силой: например, среди преступников «высокое положение могут занимать не выдающиеся в физическом плане мужчины».
Поэтому следует брать анализы ДНК в части «нейромедиаторной системы головного мозга» – это те самые миллиарды молекул нейротрансмиттеров, которые отвечают за мышление, эмоции, поведенческие реакции (в частности, скорость реакции).
В боевых условиях служащий должен подавлять волнение и быстро принимать верные решения, а особенности этой системы предопределены генетически, поясняют исследователи.
Чтобы доказать свою гипотезу о комбинации шести подвидов генов («генотипов», «полиморфизмов»), специалисты взяли кровь на анализ ДНК у трёх групп. Первая – «эталонный контингент» спецназа – «мужчины русской и чеченской национальности» с идеальным здоровьем и реноме, то есть без какого-либо преступного прошлого (включая «родственников по обеим линиям» – «информация проверялась через правоохранительные органы»). Бойцы перед ДНК-тестами прошли «неоднократное психиатрическое, клинико-психологическое, а также клинико-генеалогическое обследование».
Вторую группу составили мужчины-преступники (в том числе совершившие «самые тяжкие преступления»). Третью – «мужчины и подростки из общей популяции» – гражданские случайной выборки.
Выяснилось, что гены элитных солдат и преступников в целом похожи, но отличаются генотипами. Например, у 20 процентов преступников обнаружен генотип ТТ гена DRD2 (патологическое насилие), а у сотрудников спецназа такой ген обнаружен только в 2 процентах случаев (так же, как и у мирных жителей). «Это хорошо согласуется с тем фактом, что среди обследованных мужчин из основной группы (и их родственников) нет склонных к патологическим формам насилия», – добавляют учёные.
Кстати, судя по полученным результатам (2 процента), в исследовании участвовали как минимум 50 элитных спецназовцев Чечни.
Среди бойцов и преступников преобладают носители сразу нескольких генов агрессии (см. таблицу). Специалисты в тексте патента не раз повторяют, что склонности к агрессивным реакциям и насильственному поведению «положительно сказываются на боевой эффективности». Констатируется, что такие люди меньше подвержены посттравматическому стрессу.
С оговоркой, что воспитание тоже играет определённую роль и что влияние наследственных фактов мало изучено, учёные надеются сэкономить властям время и деньги на подготовку кадров по широкому списку направлений. Предполагаемые цели ДНК-тестов: военные, силовики, снайперы, альпинисты, пловцы-водолазы, лётчики, спасатели, космонавты, олимпийцы в боевых и стрелковых видах спорта.
Черепкова в поисках идеального солдата
В патенте указано четыре разработчика метода. Двоих из них можно назвать основными – это директор новосибирского НИИ нейронаук и медицины, академик РАН, врач-психиатр Любомир Афтанас и доктор медицинских наук Елена Черепкова. Ещё два автора – известный спецназовец-инструктор, помощник главы Чечни по силовому блоку, первый заместитель начальника управления Росгвардии по республике Даниил Мартынов и экс-преподаватель кафедры стрелкового спорта Российского госуниверситета физической культуры, спорта, молодёжи и туризма Михаил Коликов.
В графе «Правообладатель» указана Елена Черепкова, а не государственный НИИ. Она 10 лет назад похожим образом исследовала полиморфизмы ряда генов у наркоманов; в 2014 году занималась группой осуждённых, доказывая, что склонность к сознательному совершению преступлений – наследственный признак; в 2015 году вместе с коллегами открыла ген хладнокровных убийц. В целом в последние годы направление ДНК-диагностики активно развивается в России и в мире, есть ряд разработок по выявлению у человека предрасположенности к длительным физическим нагрузкам, спорту, авиации.
Фото Саид ЦарнаевРИА Новости
По телефону Черепкова сообщила «Октагону», что исследования будут продолжены, и планировала дать развёрнутый ответ. Однако позже, после общения с коллегами, заявила, что для общения с корреспондентом ей необходима полная информация о редакции (учредительные документы, данные о финансовом положении, последняя финотчётность, список сотрудников с иностранным или двойным гражданством), и в течение месяца после проверки возможен ответ.
Представитель Даниила Мартынова из Российского университета спецназа (Мартынов – главный инструктор организации) подтвердил изданию, что работы по генетическому направлению ведутся. По его словам, непосредственно проектом занимается подчинённый Мартынова; ему передали направленные редакцией вопросы, но на момент публикации материала ответ не поступил. С Михаилом Коликовым связаться не удалось. В 2015 году столичные правоохранители обнаружили в квартире педагога арсенал огнестрельного оружия, а также ножей и гранат. Коликов известен и как метатель ножей. Он выступал председателем региональной общественной организации «Свободный нож».
Шесть генов мало для кадрового решения
Опрошенные «Октагоном» эксперты-генетики считают, что полиморфизмы генов действительно могут иметь поведенческое проявление (фенотип), например склонность к наркозависимости. Но утверждать, что такая методика правомочна применительно к конкретной профессии, трудно и этически сомнительно.
В целом же выявлять людей без психиатрической и антисоциальной патологии (или, наоборот, людей с высоким риском развития патологических черт поведения) – мечта не только спецслужб, но и врачей, генетиков, педагогов. Можно было бы предотвращать развитие заболеваний и «подбирать программы профилактики или лечения для людей с высоким риском преступного поведения», отметила заведующая лабораторией анализа генома Института общей генетики им. И. Н. Вавилова РАН Светлана Боринская. Она является одним из самых авторитетных в России специалистов в области генетики поведения.
По просьбе «Октагона» Боринская изучила патент и отметила, что новый способ, опробованный в Чечне, для отбора силовиков пока что не годится. Учёные ещё не могут по генам предсказывать поведение индивида, тем более что для обоснования методики недостаточно шести генов.
– Но тут есть тонкость. Учёные сравнивают группу с одним признаком (например, агрессивным асоциальным поведением) и группу с другим признаком (нормальное поведение), и для групп различия по генам довольно надёжно выявляются. Но при переходе от группы к предсказанию поведения индивида по генам мы не можем оценить риск. Потому что шесть генов – это очень мало. На поведение влияет множество генов. И проведем мы анализ шести генов, покажем, что они могут действовать в одну сторону, а при этом другие 26 генов, которые мы не проверили, будут действовать в другую сторону, – объяснила эксперт.
По её словам, на Западе такие методы набора в полицию или спецназ ещё не применяют:
– Отбор по генам обсуждался для лётчиков – есть мутации, которые делают человека чувствительным к перепадам концентрации кислорода, он может потерять сознание. А если лётчику придётся надеть кислородную маску и он при этом потеряет сознание, то угробит и себя, и всех пассажиров. Но в отличие от поведения это простой признак, который определяется одним геном. А генетика поведения, нейрогенетика – интереснейшие направления науки, и их изучение даёт много результатов, важных для понимания здоровья и болезни. Но пока не для включения генетического анализа в массовый отбор для определения профессий, – добавила Боринская.
,