Публицист с гусем

Публицист с гусем

Почему Максим Шевченко напоминает персонажа романа «Золотой телёнок» — Михаила Самуэлевича Паниковского

Maksim_shevchenkoКак известно, во все времена люди стремились к знаниям, чтобы стать светлее, и соответственно, — успешнее. А интеллектуальная элита общества им в этом помогала и, так сказать, просвещала. В истории человечества была даже такая эпоха Просвещения, когда признанные и высокоученые интеллектуалы, такие как Вольтер, Дидро и Руссо, которых так и прозвали просветителями, несли в народные массы знания самого высокого разбора. Не случайно к мнению этих благородных подвижников, настоящих властителей дум своего поколения, прислушивались даже цари. Известно, что с Вольтером, например, искали дружбы  Екатерина Вторая и Фридрих Великий.   В России большую роль в распространении высоких знаний сыграли Денис Фонвизин, Иван Болотов, Василий Татищев.

Прошло время и, пережив  войны и революции, наша страна вошла в эпоху, когда знание становится поистине ренальной силой. И приоритет тут за знанием социальных законов и процессов. Не понимая которых современный человек просто потеряется в бушующем информационном море.

Огромную роль в грамотном и объективном информировании и, не побоюсь этого слова, просвещении, народа, или, как сегодня принято говорить, электората, играют публицисты, доносящие до читателей, зрителей и слушателей концентрированную суть того, что сейчас  происходит на мировых и отечественных политических перекрестках.

Но вот беда. Доносить-то они доносят (в хорошем смысле этого слова), но по дорогу к сердцу аудитории порой расплескивают самую суть событий, а порой искажая ее до неузнаваемости и выворачивая наизнанку. Причина этого расплескивания и выворачивания проста и насквозь меркантильна.

Суть в том, что нынешние наиболее узнаваемые и популярные публицисты и блогеры похоже, поделили между собой раз и навсегда информационную поляну подобно тому, как дети лейтенанта Шмидта из бессмертного «Золотого теленка» заключили незабвенную Сухаревскую конвенцию и поделили территорию страны  на  «эксплуатационные участки», по числу собравшихся, переданные в» долгосрочное пользование одного дитяти». Причем никто, как вы помните, не имел права «переходить границы и вторгаться на чужую территорию с целью заработка».

Простой пример. Известная публицистка  Юлия Латынина осваивает золотоносную либеральную  ниву и никого на дух к ней не подпускает, строго соблюдая каноны  адаптированной к новым условиям Сухаревской конвенции.

Поэтому у нее все хорошо. Шура Балаганов  гордился бы Юлией.

А вот Максима Шевченко, который изначально прочно устроился на левой политполяне,  Балаганов бы осудил за вторжение на чужие  территории. Впрочем, осуждать Максима уже поздно. Он повторил судьбу несчастного  Паниковского, нарушителя  всех и всяческих конвенций, влез в чужие закрома и поплатился за это. Нет, его не выбросили за руки-за ноги вон,  как незадачливого Михаила Самуэлевича, любившего воровать гусей,  и, по словам Остапа Бендера, «положившего все силы на то, по чтобы жить за счёт общества». Но пока что просто вывели из числа членов президентского  Совета по межнациональным отношениям.

Сам  Шевченко уверяет, что это он сам покинул Совет, повинуясь какому-то неведомому зову души. Но это вряд ли.

Вторгся Паниковский, то бишь Максим, на чужие территории. Причем грубо и со взломом, сделав своим сценическим амплуа огульную и бездоказательную критику всех и вся. Не побоялся даже нарисоваться на ниве пещерного антисемитизма, что в наше время выглядит просто ущербно. При этом в своем твиттере он называет клоуном-нацистом  Владимира Жириновского, который предложил арестовать Шевченко «за радикализм».

Но что ожидать от человека, который заявляет, что вся мировая политика – это бандитизм?

Только того, что он наймется в подпевалы к кандидату от КПРФ Кумину, пытающемуся составить конкуренцию Сергею Собянину на выборах в мэры Москвы.  А что? Деньги, как известно, не пахнут.

Мало того, Шевченко лично замахнулся на губернаторство во Владимирской области. Он уже подал свои  документы в избирательную комиссию и громогласно обещает  своих сторонников спасать Владимирскую область от обнищания, «бороться за будущее», «приводить землю к лучшим временам»! Любопытно, что знаменитый эпизод бегства Паниковского с гусем снимался именно во Владимирской области – в Юрьеве-Польском.

Шевченко везде и всюду заявляет о своих левых убеждениях, но как-то это слабо сочетается с его антисемитскими взглядами и откровенной работой по заказной тематике в пользу любого состоятельного нанимателя.

Кроме того, в то время как «товарищ» Максим, подобно опереточному герою, порхает с темы на тему – Фигаро здесь, Фигаро там – его исконная исламская делянка, зарастает бурьяном и пустоцветом.
А это, извините за прямоту, непрофессионализм с усугубляющими вину фактами многостаночничества.

Вот за все это и состоялся вынос тела Максима, как сказал бы Остап Бендер, из президентского ближнего круга. Не нужны там непрофессионалы и многостаночники.

Или ты несешь свет в массы, просвещая их. Или ты несешь тьму. И тут не важно, правый ты или левый.

Василий Головин