Топ-30 VIP-арестантов Татарстана

Топ-30 VIP-арестантов Татарстана

Приведут ли громкие дела к суровым приговорам?

Top_30_VIP-prisoners_of_TatarstanВ конце минувшей недели было снято введенное перед ЧМ-2018 по футболу табу на громкие аресты. Под замком оказалась экс-предправления банка «Спурт» Евгения Даутова. Одновременно стало известно о закрытии дела в отношении экс-лидера профсоюзов РТ Татьяны Водопьяновой. Оба этих события по-своему символичны. «БИЗНЕС Online» решил подготовить список уголовных процессов с самыми яркими и высокопоставленными фигурантами, которые показывают — неприкасаемых в Татарстане почти не осталось.

Почему раскручивается спираль?

В стране нарастает запрос на уголовные дела в отношении неприкасаемых — представителей элиты и высокопоставленных лиц, которые раньше редко попадали в жернова. В последние год-два неписаные правила неприкосновенности все чаще нарушаются — возбуждено немало громких уголовных дел в отношении лиц, которые и представить себе не могли, что будут беседовать со следователем и уж тем более окажутся в камере.

Тон задала Москва. Еще несколько лет назад посадка действующего или только что ушедшего с поста губернатора казалась нереальной. Теперь это обыденность. Возглавил список глава Республики Коми Вячеслав Гайзер, за ним последовал глава Кировской области Никита Белых, глава Марий Эл Леонид Маркелов и глава Удмуртии Александр Соловьев. В первые ряды самых состоятельных предпринимателей-арестантов попали управляющий директор группы компаний «Ренова» Евгений Ольховик, экс-глава ОАО «РусГидро» Евгений Дод и бывший гендиректор компании «Вымпелком» Михаил Слободин… Далеко не полный список высокопоставленных арестантов венчает экс-министр экономики РФ Алексей Улюкаев. Чистки, больше напоминающие схватку бульдогов под ковром, идут и среди самих силовиков. Буквально на прошлой неделе Лефортовский суд Москвы арестовал бывшего начальника столичного главка СК Александра Дрыманова.

Явно ощущается этот тренд и в Татарстане — количество громких дел растет, планка «неприкасаемости» поднимается. В беседах сотрудники правоохранительных органов признаются, что раньше и подумать было нельзя, например, о том, чтобы посадить ректора крупного вуза, а теперь и иные вице-премьеры не могут чувствовать себя в полной безопасности, не говоря уже о районных главах.

Почему так происходит? Наши собеседники отчасти связывают это с общим курсом Москвы, ужесточение которого связано с растущим не по дням влиянием ФСБ. «А они приносят в СК все новые и новые дела о коррупции», — говорил об этом глава ассоциации «Агора» Павел Чиков.

В РТ же это накладывается на растущую независимость следственных органов от местных элит. «Татарстан всегда пользовался большей автономией от федерального центра. Именно эта предыдущая автономия, связанная с этим обстановка и взаимоотношения в республике создали некоторые предпосылки для турбулентности, которую мы сейчас наблюдаем», — считает Чиков.

Раскручиванию спирали и укреплению влияния силовиков в регионе способствовали и некоторые крупные события-катастрофы. Например, дело о трагедии в ТЦ «Адмирал» чуть было не затянуло в воронку одного из богатейших людей Татарстана, Алексея Семина. Проблема обманутых дольщиков подвела под статью крупнейших некогда строителей Анатолия Ливаду и Рашида Аитова. Ну а крах империи ТФБ Роберта Мусина, по всей вероятности, снабдил ФСБ и СК томами компромата на многих представителей местного истеблишмента. Кроме того, уголовные дела традиционно — самое сильное средство внутриэлитной борьбы за власть и выяснения отношений. И, похоже, этот инструмент становится все менее табуированным — вот только посеявший ветер иногда в таких случаях пожинает бурю.

По мнению адвоката Павла Гусева, дорогу правоохранительным органам к высокопоставленным арестантам открыли и современные технологии. «Мы просто достигли того уровня возможностей оперативно-разыскных мероприятий и качества следствия, которые позволят это делать, — отметил адвокат. — Появились современные способы прослушивания, контроля, наконец-то мы можем контролировать расходы и доходы, привязанные к электронным платежам». С ростом качества оперативно-разыскной деятельности выросли шансы доказать факт совершения преступления руками не только рядовых сотрудников, но и их руководителей. «Сейчас в целом много людей привлекаются к ответственности, прежде всего по линии финансовых преступлений — налогов или хищения бюджетных средств. Причем к этому пришли не сразу, сначала — нижнее звено ответственных, потом — среднее, и добрались до высших руководителей» — заключает Гусев.

Адвокат и правозащитник Ирина Хрунова рекомендует обратиться к статистике судебного департамента при Верховном суде РФ. По ее словам, в 2012 году самой «народной» была ст. 228 («Наркотики»): она собирала самый большой «урожай» осужденных лиц со значительным отрывом от других статей УК РФ. Зато в 2017 году в лидеры выбились осужденные по преступлениям, совершенным против собственности. «Акценты в правоохранительной системе сменились, — делает вывод Хрунова. — Мне кажется, что это произошло не потому, что наркотиков стало меньше, а мошенничеств больше. Оценка правоохранительной работы изменилась. Все случаи, когда раньше отказывали в возбуждении уголовных дел по подозрению в мошенничестве с формулировкой „это гражданское-правовые отношения, идите в суд“, сейчас проходят на ура, и в судах теперь рассматривается огромное число дел по статье 159 („Мошенничество“). Это не мошенничеств стало больше, это увеличилось число возбужденных уголовных дел по мошенничеству».

Хрунова также указывает на характер правонарушений, на которых попадаются высокопоставленные арестанты. Чиновники и политики не садятся в тюрьму за бытовые преступления — они не бьют жену или детей и не бросаются с ножами на своих собутыльников после застолья. Все их проступки связаны с коррупцией — хищением денег или имущества. «То, что коррупция вылезает наружу, не говорит о том, что ее стало больше, это говорит о том, что ее стали чаще расследовать», — подчеркнула адвокат.

Свою роль в данном процессе очищения общества от скверны играет и пресса — публичность процессов над коррупционерами всех мастей стимулирует все больше людей сообщать о фактах злоупотреблений. Лучше всего по этому поводу высказался начальник управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД по РТ Ильдар Сафиуллин. «К нам пошли руководители организаций и предприятий! Если раньше их как-то устраивало — может быть, понятно, что все зарабатывали деньги, то на сегодняшний день люди, видимо, устали „нести“ [взятки]», — заявил он.

Впрочем, у высокопоставленных обвиняемых гораздо больше возможностей и помешать следствию, и, наняв лучших адвокатов, смягчить наказание, а то и вовсе развалить дело, цепляясь за каждый юридический нюанс.

Так или иначе, передышка, которую карающая машина взяла на время ЧМ-2018 по футболу, завершена. И, вполне возможно, нас ожидают новые громкие разоблачения и кадры с VIP-фигурантами в судебных «аквариумах» и клетках.

К неформальному открытию сезона «БИЗНЕС Online» подготовил топ-30 самых высокопоставленных арестантов. Сразу оговоримся, что по части фигурантов описанных здесь дел уже наступила развязка, но мы все равно оставили их в списке — истории показательны.

1. Роберт Мусин и судьба дела ТФБ

Роберт Мусин — легенда финансовой отрасли республики и безусловный лидер нашего рейтинга. Его задержание и последующий арест увенчали пик банковского кризиса Татарстана: 3 марта 2017 года ЦБ отозвал лицензию у республиканских банков, которые так или иначе были подконтрольны Мусину. Перестало дышать и главное детище Роберта Ренатовича — Татфондбанк. Вечером того же дня Мусина доставили в Советский райсуд, а поздним вечером отправили в следственный изолятор.

Там к тому времени по делу «ТФБ Финанс» уже томились пять его подчиненных — зампреды Вадим Мерзляков и Сергей МещановТимур Вальшин, Рустем Тимербаев и Илнар Абдульманов. Позднее дело несчастливой пятерки закрыли из-за отсутствия состава преступления.

В феврале Мусин все же выбрался из СИЗО: на его переводе под домашний арест настоял следственный комитет, поскольку обвиняемый сотрудничает со следствием, дает показания и признал вину в четырех преступных эпизодах. Правда, не в мошеннических действиях, а лишь в злоупотреблении полномочиями, которые привели к ущербу в 25 млрд рублей. Все эпизоды связаны с выводом залогов, выделены в единое производство и готовятся к передаче в суд. Срок следствия продлен до середины августа, это время СК дал Мусину для ознакомления материалами дела. Впрочем, в этот срок банкир, кажется, не уложится: за три месяца, с февраля по май, он изучил только 10 из 120 томов уголовного дела.

Между тем следователи активно взялись за тех, кто ускорил падение ТФБ, — через два месяца следствия вокруг ИнтехБанка бывший председатель правления Марсель Зарипов помещен под домашний арест. Зарипову инкриминируют злоупотребление полномочиями — якобы он санкционировал покупку заведомо невозвратного кредитного портфеля на 873 млн рублей, которые таким образом оказались выведены из банка. Фабула уголовного дела не нова и подробно описывалась нашей газетой. Изначально оно возбуждалось в отношении первого заместителя Зарипова — Елены Наумовой.

С делом Мусина связано несколько интриг. Во-первых, принципиальный и негибкий Игорь Мухин, который был мозгом расследования, сначала был отстранен от руководства следственной группой, а потом и вовсе написал заявление об уходе по собственному желанию. Во-вторых, весьма и весьма немаловажный вопрос — признает ли Мусин вину по всем эпизодам. Если да, суд рассмотрит дело в особом порядке — без приглашения в суд свидетелей, в числе которых — влиятельнейшие люди Татарстана. Ясно, что в этом многие заинтересованы, что, как ни парадоксально, дает Мусину определенные козыри. В-третьих, многих, особенно вкладчиков, волнует, сколько получит бенефициар ТФБ в случае осуждения. По недавно принятому закону один год в СИЗО засчитывается за два в колонии, а два года под домашним арестом идут за один под стражей. С учетом скидки за признание вины Мусину, возможно, придется сидеть не так уж и долго.

2. Алексей Мирнов и «земельные войны» в Челнах

Дело №1 для Набережных Челнов — преследование короля недвижимости автограда Алексея Миронова. Его затяжной поединок с новой челнинской администрацией во главе с Наилем Магдеевым три года протекал исключительно в гражданско-правовой и информационной плоскости, однако неожиданно схватка перешла на уголовно-силовой уровень.

Для нового главы следственного отдела по Челнам Камиля Халиева, его зама Станислава Зубоваи следователя Станислава Хораськина расследование стало делом чести. Именно они и задержали первую партию «жертв» челнинских «земельных войн»: в ИВС оказался юрист компании Миронова «Еврогрупп» Альберт Халиуллин, покинувший за несколько дней до задержания пост глава исполкома Тукаевского района Расим Асылгараев и родственник вице-премьера РТ, экс-мэра Челнов Василя Шайхразиева Айрат Марданшин. Всем вменялся один эпизод мошенничества с земельными участками у Боровецкого леса. Челнинский суд встал на сторону фигурантов дела и отпустил их на свободу.

Дальнейшие ходатайства об избрании мер пресечения для фигурантов дела челнинские следователи избирали уже в Верховном суде РТ, расследование «расцвело» новыми арестами, что также приближало следователей к главной цели. К примеру, под арест попал бывший глава Тукаевского района Талгат Харматуллин — он признал вину и получил в подарок от СК свободу. Но ключевые показания для расследования дал бывший глава исполкома города Фархад Латыпов, которого СКР даже привозил в суд, но в последний момент отказался арестовывать.

Логическим завершением операции оказалось январское задержание Миронова: его пригласили на допрос в СК, откуда на свободу он уже не вышел. Сменив камеру в ИВС на домашний арест, Миронов стал подозреваемым в мошенничестве с налогами при реализации участков под строительство ЖК Sunrise City. Затем ему вменили в вину и сам факт мошенничества при получении земель от администрации. По информации «БИЗНЕС Online», расследование близится к завершению, совсем скоро Миронову предъявят окончательное обвинение. Пока же в деле плавает даже сумма ущерба — сначала это было 127 млн рублей, но теперь, по справкам оперативников, Миронову якобы приписывают только 87 млн рублей, а в устной беседе и вовсе говорят про 5 миллионов. Сам же земельный олигарх устами адвокатов громко заявляет о давлении на свой бизнес и жалуется Александру Бастрыкину.

Впрочем, последняя новость из суда должна ободрить челнинского лендлорда — с четвертой попытки Миронов вышел из-под домашнего ареста, теперь ему запрещено лишь гулять по ночам, встречаться с определенными людьми и ходить в офис «Еврогрупп».

Про политическое измерение «челнинского дела» мы писали неоднократно. Дело не только в том, что оказался съеден клан экс-премьер-министра РТ Ильдара Халикова. Это создало и прецедент — дела с похожей фабулой с благословения руководства республики возбудили еще в нескольких районах. Базой при этом послужили накопленные антикоррупционным управлением Марса Бадрутдинова папки компромата, с которых сдули пыль.

3. Анатолий Ливада и ГК «Фон»

Чуть больше года провел под стражей легендарный строитель Татарстана Анатолий Ливада. Владелец группы компаний «Фон» долго избегал задержания: МВД Татарстана возбудило дело еще в январе 2016 года, но в первые 14 месяцев расследования в деле не было подозреваемых: вероятно, правоохранители надеялись, что Ливада все же решит проблему со строительством долевого жилья. Не получилось. 27 марта 2017 года его поместили в изолятор временного содержания после допроса у следователя, а через два дня отправили под стражу. Задержание Ливады совпало с выходом его резонансного интервью у журналиста Александра Караулова: в нем застройщик обвиняет во всех грехах республиканские власти и МВД по РТ. Поговаривали, что была и вторая часть интервью, однако ее так до сих пор и не опубликовали.

Помимо московских адвокатов, напиравших в суде на критическое состояние здоровья застройщика, перенесшего операцию в тюремной больнице, в защиту Ливады активно высказывались и сотрудники аппарата бизнес-омбудсмена РФ Бориса Титова. Но помогло другое: чтобы выйти из камеры СИЗО, Ливаде пришлось публично отказаться от сказанного в прессе и дождаться окончания года за решеткой. В итоге ГСУ МВД по РТ вышло с ходатайством о переводе арестанта на домашнее заключение.

Что касается самого дела, то в нем более тысячи потерпевших — дольщиков ЖК «Симфония», «МЧС», «Царицынский бугор». Первоначало ущерб по делу Ливады составил 2,34 млрд рублей, но впоследствии он уменьшился в 1,5 раза до 1,5 млрд рублей. В обвинительном заключении Ливады 8 томов и почти 2 тыс. страниц. На данный момент он изучает материалы дела.

4.  Швецовы и их борьба с бывшим другом семьи

На середину апреля пришелся пик противостояния между следственным комитетом и кланом некогда чиновника первого эшелона республики Владимира Швецова. Бывший министр транспорта РТ и экс-вице-премьер дважды оказывался в изоляторе временного содержания, но оба раза выходил оттуда. Невредимым его назвать, впрочем, нельзя — глава семейства в итоге оказался в одной из московских клиник, где, как утверждает его адвокат Радмир Галимов, Швецова прооперировали. Перед этим в ночь с 14 на 15 апреля подследственного из стен ИВС, куда его водворили следователи, освободил лично исполняющий обязанности прокурора Казани Денис Хабибуллин.

Уголовная история Швецова началась летом прошлого года, к тому времени не последний в Татарстане человек успел поработать в администрации Москвы и даже приложил руку к строительству Керченского моста, который президент РФ Владимир Путин открывал в середине мая. Первыми под следствие попали два конкурсных управляющих банкротящихся предприятий, ранее считавшихся подконтрольными семье экс-чиновника, — Вакиль Абдрашитови Юрий Парфирьев. Оба оказались под домашним арестом по заявлению некогда входившего в «семейный совет» Швецовых Марата Исламова. Тогда история казалась нелогичной: не верилось, что столь близкий к Швецову человек пойдет против «семьи».

И все же именно Исламов — вдохновитель уголовного процесса, по крайней мере внешне. В начале ноября 2-й отдел по особо важным делам СК ограничил в свободе сына Швецова — Владимира. Ему вменяется эпизод с мошенничеством на 60 млн рублей. Сначала семья олигарха со служебным прошлым хранила молчание. Но число эпизодов (довольно мутных, прямо скажем) росло. Члены семьи же параллельно с этим все громче заявляли о прямой заинтересованности Исламова и подозрительно однобокой позиции следственного комитета. Сам Исламов хранит молчание и на публике не появляется. После того как следкому не удалось заключить Швецова под стражу, Исламов подал на апелляцию этого решения, однако сам в суд не явился, а дозвониться до него сотрудникам аппарата суда не удалось.

5. Евгения Даутова и кредиты Спурт Банка

Самое ожидаемое банковское уголовное дело этого года возбуждено 7 февраля в отношении экс-предправления Спурт Банка Евгении Даутовой. А в минувшую пятницу пришла и вовсе сенсационная новость — по просьбе следственного комитета суд отправил обвиняемую под домашний арест. Следователь инкриминировал обвиняемой два эпизода по ч. 4 ст. 160 УК РФ («Присвоение или растрата в особо крупном размере»), четыре эпизода по ч. 2 ст. 201 УК РФ («Злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия») и один эпизод по ст. 172.1 УК РФ («Фальсификация финансовых документов»). При этом сама Даутова свою вину в инкриминируемых преступлениях якобы частично признала.

Банкиру вменяют злоупотребление полномочиями с выданными кредитами на 119 и 120 млн рублей двум организациям в последние дни работы банка перед отзывом лицензии. ГСУ МВД уверено, что Даутова виновна, вопрос лишь в установлении всех деталей.

Спурт Банк потерял лицензию еще 21 июля, а уже 27 сентября Арбитражный суд РТ признал его банкротом. Крах напрямую связан с вложением денег банка в проект Даутовой — казанский завод по производству герметиков «КЗСК-Силикон». После того как в ВЭБе сменилось руководство, госкорпорация заморозила проекту финансирование. Тогда совладелица «Спурта» и решила использовать средства клиентов банка, недооценив риски. Сейчас, по нашим данным, на завод претендует «Ростех», который имеет все шансы получить актив за бесценок в ходе банкротной процедуры. Дело против Даутовой, которое, кстати, долго не возбуждалось, еще и выключает ее из этого процесса.

6. Дело «Домкора» — подкоп под Гайнуллова И Абдуллина?

В стенах изолятора временного содержания встретили первый день весны топ-менеджеры строительной компании «Домкор» Юрий Мочалин и Ильдар Ахметгареев. Впрочем, спустя 48 часов их отпустили на свободу, хотя уголовное дело закрывать не стали. «Домкор» — крупнейший застройщик Закамья, компания принадлежит депутату Госсовета РТ и бывшему заму руководителя исполкома Челнов по строительству Муниру Гайнуллову и семье главы ГЖФ Талгата Абдуллина.

Топ-менеджеры «Домкора» пали жертвой «земельных разборок» в автограде. В рамках «охоты» на Миронова следователи получили материалы и на домкоровцев: строителям пришили незаконное перезаключение договора аренды участка на Цветочном бульваре в Челнах. Сумму ущерба в СК оценили в 50 млн рублей. Спустя какое-то время следствие пришло с обыском к брату Талгата Абдуллина, Ринату, как к одному из учредителей компании. Впрочем, суд позже признал обыск в доме Рината Абдуллина незаконным.

По некоторым данным, у дела есть и второе дно, связанное с желанием СК надавить на Талгата Абдуллина. Впрочем, пока что новых движений по делу нет, а «Домкор» в качестве жеста доброй воли вернул все спорные участки в городскую казну

7. Александр Гомзин и прерванный полет

От пресса силовиков не защищены и оборонные предприятия — 16 апреля с обыском и санкцией на задержание следователи пришли в кабинет гендиректора ОКБ им. Симонова Александра Гомзина. Через два дня Советский райсуд взял его под стражу. Гомзину инкриминируется нецелевое использование субсидий минпромторга РФ, полученных в ноябре 2014 года.

Операцию по гендиректору ОКБ им. Симонова правоохранители готовили почти год. В связке работали три структуры — татарстанское управление ФСБ, УБЭП и следственный комитет. Первые оперативно-следственные мероприятия, как принято говорить в силовых кругах, прошли в октябре 2017 года: тогда, по словам наших источников, органы провели масштабные обыски в конструкторском бюро, а затем опросили ряд сотрудников. По данным источников издания, инкриминируемый подозреваемому в вину эпизод касался засекреченного на тот момент госзаказа на сумму в 12,2 млн рублей. Позднее наши источники намекали на гораздо более крупные претензии к команде Гомзина, указывая на то, что предъявленный эпизод лишь верхушка айсберга. По нашим данным, было возбуждено два уголовных дела — по признакам ст. 159 УК РФ («Мошенничество») и ст. 204 («Коммерческий подкуп»). Выступая в суде на обжаловании ареста, Гомзин объявил о том, что его подозревают в нецелевом расходовании субсидий минпромторга на сумму 100 млн рублей.

На арест гендиректор ОКБ им. Симонова ответил серией публикаций в СМИ, которые якобы срывают покровы с уголовного дела. С открытым письмом к президенту страны обратились сотрудники Опытно-конструкторского бюро, которые, как следует из текста, заявили о беспрецедентном давлении как на предприятие, так и на самого руководителя. После ареста Гомзина ОКБ даже перешел на трехдневную рабочую неделю. Публиковались и обращения самого Александра Владиславовича — в том числе к руководству ФСБ и в совет безопасности России. Их автор заявлял о том, что стал жертвой рейдерского захвата предприятия, а его уголовное преследование — чуть ли не заказ людей, связанных с иностранной разведкой. Дескать, с прошлой осени Гомзина настоятельно просили покинуть должность руководителя предприятия, а известный в Татарстане бизнесмен Рустэм Магдеев предлагал ему «вступить в кооперацию».

Впрочем, все этого не отменяет главного — толчком к уголовному делу стал фактически срыв важнейшего оборонного контракта на создание ударного беспилотника. ОКБ изначально смотрелось не лучшим кандидатом на его выполнение, однако связи республики помогли получить заказ. Теперь за непродуманные обязательства приходится расплачиваться.

8. Татьяна Водопьянова и игра в прятки со следователями 

В конце марта пришла сенсационная новость о возбуждении уголовного дела в отношении председателя федерации профсоюзов РТ (ФП РТ) Татьяны Водопьяновой. По версии следственного комитета, Водопьянова в течение нескольких лет заставляла главврача подведомственного ей санатория «Бакирово» страховать жизнь председателя ФП РТ, то есть себя, на 500 тыс. рублей. После того как срок страхового договора истекал, деньги возвращались. Но не санаторию, а на счет Водопьяновой.

На допросе в 3-м отделе по особо важным делам СК по РТ Водопьянова полностью признала вину и написала явку с повинной, поэтому следователи и не стали ее задерживать. Но это оказалось уловкой — позже она заявила через государственное СМИ «Татар-информ», что во время допроса на нее оказывали психологическое давление, а главврач «Бакирово», который признан потерпевшим, замешан в финансовых махинациях. Словно в ответ на это в сети появилось видео из кабинета следственного комитета, где Водопьянова, сидя рядом с адвокатом, признает вину и раскаивается.

После этого «обмена любезностями» в деле наступило некоторое затишье, а наши источники напомнили, что Водопьянова чудом избежала уголовного преследования еще в середине – конце нулевых, когда УБЭП заинтересовалось бизнесом ее дочери и зятя. Якобы вся предпринимательская удача строилась на должностных возможностях Водопьяновой. Но тогда от силового решения вопроса отговорил влиятельный человек из правительства РТ, заметивший, что женщин-руководителей у нас и так мало. Берегли ее и на этапе возбуждения нового уголовного дела — Водопьяновой, по слухам, посоветовали вернуть «страховые» деньги, но в тот момент предупреждению профбосс не вняла.

После тяжелого разговора у следователя Водопьянова легла в одну из московских больниц, но передышка длилась недолго — сразу после выписки следователи вновь пригласили ее на допрос, проходил он уже в другой обстановке. Сразу после беседы со следователем Водопьянова была задержана, а меньше чем через сутки суд избрал для нее меру пресечения — домашний арест.

Впрочем, с обвиняемой довольно быстро и незаметно для широкой публики спали оковы. 20 июля у нее истек срок меры пресечения, следствие не обратилось с его продлением — источник в правоохранительных кругах сообщил «БИЗНЕС Online», что новых ходатайств от следственного комитета в адрес Водопьяновой ожидать не следует: «Уголовное преследование по делу прекращено в связи с деятельным раскаянием». Водопьяновой пришлось возместить причиненный ущерб, и, самое главное, она написала заявление об увольнении в связи с достижением пенсионного возраста. 

9. Трагедия Елены Шишмаревой как начало «Дела врачей»

Уголовное дело в отношении заместителя министра здравоохранения РТ Елены Шишмаревойпоначалу казалось громкой увертюрой к «делу врачей», которое следователи готовили с прошлого года, но обернулось оно траурным маршем. Шишмареву задержали 1 февраля после масштабных обысков, которые в ее доме и рабочем кабинете совместно провели оперативники УБЭП и ФСБ. По версии следствия, главный бухгалтер минздрава РТ заставляла подчиненных из лечебно-профилактических учреждений проходить курсы повышения квалификации. Курсы на деле якобы оказывались фикцией и проводились формально. Подрядчиком выступали фирмы, подконтрольные близкой знакомой Шишмаревой — Елене Фахрутдиновой. Таким образом, считает СК, Шишмарева и Фахрутдинова за несколько лет заработали 5 с лишним миллионов рублей.

Суд отказался заключать женщин под стражу, отправив их под домашний арест. И уже через несколько дней бездыханное тело Шишмаревой в своем доме нашел ее сын. Спустя месяц проверки следком постановил: смерть чиновницы не имела криминального характера. Однако самоубийство стало по-настоящему роковым. Во-первых, оперативники возлагали на Шишмареву огромные надежды и надеялись добиться признательных показаний на ее покровителей. Во-вторых, своего министерского кресла лишился Адель Вафин. Его пост занял бывший главврач 7-й горбольницы Марат Садыков.

Вместе с тем, как сообщают источники «БИЗНЕС Online», уголовное дело в отношении Фахрутдиновой продолжается, а документов, которые следователи изъяли в ходе обысков у Шишмаревой, хватит еще на целую серию расследований.

10. Герман Дьяконов и конец «Дела КХТИ»

Сначала должность, а затем свободу отдал бывший ректор КНИТУ-КХТИ Герман Дьяконов. Его задержали в августе прошлого года, а в основу нового уголовного дела легли показания его осужденного экс-зама Ильдара Абдуллина. Перед задержанием Дьяконова органы «приняли» его подчиненных — Александра Кочнева и Игоря Дубовика. Их показания и составили базу для задержания.

Дьяконов во время ареста отказался «доказывать, что не верблюд». Впрочем, он все равно продолжает это делать — на каждом продлении ареста. Дело Германа Сергеевича, состоящее из 10 эпизодов, готово к передаче в суд, пока фигуранты знакомятся с ним. Сумма ущерба с «копеечных» полутора миллионов возросла до 64.

Главный итог уже налицо — зачистка в одном из опорных вузов Татарстана и приход в него тандема ректора Сергея Юшко и его патрона Равиля Муратова.

11. Роберт Хайруллин до и после дела «Адмирала»

Расследование громкой трагедии в ТЦ «Адмирал» стало прецедентным случаем, когда многие в республике гадали, до каких высот и глубин захочет докопаться следствие. Поначалу СК замахнулся на самого Алексея Семина, об ответственности его предупредил тогда еще пресс-секретарь СК России Владимир Маркин, угрожая 10-летним сроком в тюрьме, однако позднее от миллиардера отступили, зато за решетку все же попал его ближайший соратник и топ-менеджер Роберт Хайруллин.

Судебное следствие по делу далеко до завершения, однако годы в тюрьме уже до неузнаваемости изменили личность когда-то правой руки Семина: он со спокойствием размышляет о пребывании в стенах СИЗО, философски рассуждает о том, как сложилась судьба других подсудимых, и ждет приговора.

К слову, следы от «Адмирала» довольно явным образом тянулись к ОПГ «Тукаевские», еще недавно контролировавшей центр Казани. Ее разгром с объявлением лидеров в розыск, однако, стал возможен только недавно.

12. Илгизяр Галеев и чистки в «Таттрансгазе»

Перед новым, 2018 годом в СИЗО оказался руководитель одного из ключевых подразделений «Таттрансгаза» — ЭПУ «Центргаз» — Илгизяр Галеев. Его задержание сотрудники УБЭП готовили год, а поймали в тот момент, когда он якобы получал «незаконное вознаграждение» за беспрепятственное подключение подрядчика к газовой сети. Из суда Галеева выносили на носилках, однако это не спасло его от стен камеры изолятора.

Врачи установили: здоровье не позволяет Галееву находиться в СИЗО, но суд к медикам не прислушался, поэтому рассмотрение дела по существу руководитель ЭПУ «Центргаз» встретил в клетке суда. В итоговом варианте дела — 20 эпизодов «коммерческого подкупа» с суммой ущерба почти в 2 млн рублей. Суд признал газовика виновным во взяточничестве и приговорил к штрафу в 5,5 млн рублей и 30-месячному запрету занимать руководящие должности.

13. Елена Паткина и показания обнальщика

Тихо и без прессы прошел арест замруководителя федерального Росимущества Елены Паткиной. Выходец из Татарстана, долгие годы она возглавляла татарстанское Росимущество.

В основе фабулы дела Паткиной лежит история о хищении 150 млн рублей, принадлежавших Росимуществу. Якобы на след чиновницы сыщиков вывел один из задержанных обнальщиков. Впрочем, иные подробности следствием не раскрываются. Известно лишь, что показания на Паткину, кроме вышеупомянутого обнальщика, дала одна из ее подчиненных — также фигурант дела.

Арест Паткиной, которая с 2006 по 2013 год возглавляла Росимущество по РТ, затрагивает интересы Татарстана. Как минимум ее считают хранительницей многих тайн.

14. Главный юрист ТСБ погорел на поджоге

Начальник правового отдела Татсоцбанка Артем Ильдеяркин оказался в СИЗО после громкого конфликта ТСБ с одним из заемщиков — владельцем «Галереи вин» (ГВ) Яковом Цейнштейном: в январе неизвестные сожгли автомобиль предпринимателя. Возбуждение уголовного дела сопровождалось публичным скандалом — супруга Цейнштейна Ирина Кузьмина через сайт радиостанции «Эхо Москвы» заявила о рейдерском захвате семейного бизнеса Татсоцбанком, который банкротит ГВ. На федеральный уровень конфликт вознесла дочь пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова — Лиза. Как оказалось, она довольно близко общается с сыном четы бизнесменов. Предправления ТСБ Анастасия Колесова в свою защиту заявила, что владельцы «Галереи вин» занимались едва ли не мошенничеством: дыра в залоговом обеспечении кредита в 250 млн рублей, который банк выдал Цейнштейну, составила, по ее оценке, порядка 75 млн рублей.

Пока скандал в публичной плоскости поутих, следствие и оперативники вышли на поджигателей автомобиля — троих человек, один из которых был ранее неоднократно судим. Троица сдала заказчика, которым, по версии следствия, оказался начальник правового отдела банка Ильдеяркин. В деле поначалу фигурировал и другой банковский клерк — сотрудник залогового отдела АО «Татсоцбанк» Михаил Перфилов, однако позднее его переквалифицировали в свидетеля, теперь он дает показания в суде.

Цейнштейн же не теряет надежды, что дело можно будет повернуть и против руководства банка, которое, как он считает, не могло быть не в курсе намерений Ильдеяркина.

15. Сергей Плющий и второй за год арест

Дважды становился фигурантом уголовного дела замруководителя УФССП по РТ Сергей Плющий. Впервые его задержали в июле прошлого года по делу о превышении полномочий во время работы в отделе приставов по Советскому району. Обвиняемый якобы давал незаконные указания подчиненным фиктивно закрывать производства с целью повысить показатели.

Это дело уже рассматривается в суде, и Плющего отпустили на свободу еще в декабре. Он было вернулся к службе, но до работы его опять не допустили следователи и в начале весны вновь отправили за решетку. Основание — якобы все в том же советском РОСП он, догадываясь об этом или нет, помог потенциальному мошеннику: снял запрет на регистрационные действия с квартиры должника, который за месяц успел ее продать. Квартиру у нового хозяина в итоге истребовал суд. Сам Плющий вину категорически не признает, но и не называет тех, кому может быть выгодно его преследование.

Тем временем в разгар уголовного дела в конце прошлого года покинул пост начальник УФСПП Радик Ильясов, возглавивший службу судебных приставов в Горном Алтае. Его преемник Игорь Безуевский до сих пор не избавился от приставки и. о. Так что расследование идет на фоне скрытой борьбы за власть в далеко не последнем по значимости ведомстве.

Конец 1-й части. Окончание следует.

Алексей Лучников, Артем Кузнецов, Максим Кирилов, Регина Шафиева

«business-gazeta.ru»