Хуже быть не может. Или может?

Хуже быть не может. Или может?

Журналисты выяснили, как эксперты оценивают коррупционный климат в России.

korrupciyaМеждународная организация Transparency International опубликовала свой ежегодный индекс восприятия коррупции. Россия в нем находится на 131 месте из 176. За последний год  оценка не поменялась, однако эксперты поясняют, что достижением это вряд ли можно считать. Лучше ситуация не стала: хуже только там, где идет война или свирепствует настоящий геноцид.

Сразу стоит оговориться, что восприятие коррупции не равняется уровню коррупции. Дело в том, что подсчитать второй практически невозможно. «Мы, да и никто не знает, как посчитать уровень коррупции. Уровень убийств посчитать легко — убили человека и результат налицо, человека нет. С коррупцией все очень размыто: это скрытое явление, две стороны договорились, одна другого подкупила, правоохранители ничего не узнали. Мы работаем с тем, что удалось-таки раскопать им, нам, журналистам. Потому и оценивается сам климат в обществе», — рассказал  генеральный директор «Трансперенси Интернешнл — Россия»  Антон Поминов.

Россия получила в индексе 29 баллов из 100, как и год назад. Точно такое же количество баллов получили Иран, Казахстан, Непал и Украина. Место в индексе, тем не менее, стало хуже: на 119 месте год назад, на 131-м - сегодня. Дело в том, пояснили в Transparency International, что в этом году эксперты рассматривали на десяток стран больше.

«По сути, место как таковое непринципиально, — говорит Поминов. — Мы радуемся какому-то количеству баллов, но на деле все, что ниже 70 места, уже демонстрирует нездоровую ситуацию. Россия не улучшается, но и не ухудшается, потому что ниже нас лишь страны, на территории которых ведутся военные действия, геноцид и так далее. Хуже уже некуда».

СПРАВКА 
Итоговый индекс составляется на основе различных коррелирующихвеличин. Среди источников нет данных опросов общественногомнения, в основу индекса легли оценки экспертов и предпринимателей из 13 независимыхмировых организаций.

Самый лучший индекс — 90 баллов — оказался у Дании и Новой Зеландии, второй результат у Финляндии (89 баллов), третий — у Швеции (88 баллов). Аутсайдерами стали Северная Корея (12 баллов), Южный Судан (11 баллов) и Сомали (10 баллов). Лидеры и замыкающие уже несколько лет принципиально не меняются. Среди бывших советских республик наилучший результат показала Эстония, в индексе-2017 у нее 22 место. Нельзя сказать, подчеркнул Поминов, что этого удалось добиться за год-два. Тенденция наметилась лет десять назад, пятнадцать лет назад картина была иной. Дело в том, что с введением «электронного правительства» система стала прозрачной, эстонцы могут отследить движение каждого евро своих налогов. Места для коррупции банально не остается.

Среди наиболее важных внешних факторов, повлиявших на положение в индексе не только России, но и других стран, — утечка документов по делу «Панамагейта». В опубликованном архиве фигурировали офшоры людей из окружения высокопоставленных чиновников, информация об этом широко освещалась в российских и иностранных СМИ и не могла не повлиять на ответы респондентов.

Примечательно, что громкие уголовные дела чиновников как раз не заставили респондентов изменить мнение. Наиболее резонансное дело - арест министра экономического развития Алексея Улюкаева - не попало под оцениваемый период, опрос проводился по первой половине 2016-го - второй половине 2015 года. Тем не менее, аресты губернаторов Никиты Белых и Александра Хорошавина были именно тогда, но столь громкие поимки не воспринимались гражданами в контексте антикоррупционной борьбы. «Грубо говоря, ты смотришь и думаешь не то, что одним жуликом стало меньше, а понимаешь, что прогнила система изнутри», — пояснил Поминов. По словам вице-президента международного движения Transparency International Елены Панфиловой, эта охота лишь похожа на настоящую: «На самом деле, довольные посетители стреляют в тире из заранее заготовленного ружья по уточкам, которых хозяин заботливо расставил по полочкам».

Согласно докладу группы государств Совета Европы по борьбе с коррупцией (GRECO), Россия в 2016 году полностью выполнила 10 его рекомендаций по борьбе с коррупцией из 21, а остальные 11 выполнила частично.  Также в 2016 году Россия  стала участником соглашения Организации по экономическому сотрудничеству и развитию (ОЭСР) об автоматическом обмене финансовой информацией с налоговыми службами других стран, который должен начаться в 2018 году. Тем не менее, баллов это не добавило.

Благодаря рекомендациям GRECO, закреплено изъятие незаконно нажитой собственности (на практике эта мера почти не применяется, добавили в Transparency), российским чиновникам запретили владеть иностранными финансовыми инструментами. Принят закон о «черном списке» людей, уволенных с государственных должностей и из правоохранительных органов за коррупционные нарушения. Введена ответственность компаний за то, что они не хранят или не обновляют данные о своих бенефициарах. Правительство своим постановлением запретило федеральным чиновникам работать с организациями, сотрудниками которых являются их родственники. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда постановила, что чиновник может быть уволен за непредоставление сведений о доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера своего супруга.

«Рекомендации касаются технических законодательных вещей, но у нас есть дырка между законом и правоприменением. Мы движемся, не то что бы в антикоррупции ничего не делается. Но этого недостаточно. Правоохранительные органы не вызывают особого доверия, ни суды, ни институты», — сказал Антон Поминов.

В противовес улучшениям, из Национального плана по противодействию коррупции на 2016-2017 годы пропало упоминание о защите заявителей о коррупции — важнейшем элементе антикоррупционной политики (речь о защите трудовых прав, то есть заявитель о коррупционных фактах не может быть уволен). По-прежнему не принят закон о лоббизме, упомянутый в предыдущем Национальном плане. Эти две вещи Transparency International включил в список своих рекомендаций для России.

Среди них также обязательное реагирование правоохранительных органов на общественные и журналистские расследования; включение в международное сотрудничество по возвращению активов и установлению бенефициарных собственников; обеспечение выборности председателей судов и случайное распределение дел между судьями в рамках их специализации; обеспечение независимости хозяйственной деятельности судов от исполнительной власти и от администрации президента; повышение независимости избирательных комиссий, сведение к минимуму влияния на процесс их формирования со стороны органов власти.

«Настоящая антикоррупция и последующее развитие страны возможны только тогда, когда начинают укрепляться институты, наиболее важными из которых является прозрачные честные выборы для контроля за политиками - от главы сельсовета до президента, а также не зависимая ни от одной из ветвей власти, облеченная доверием граждан и бизнеса и эффективно, а не для палочки, работающая система верховенства права», — резюмировал Антон Поминов.

«RussianGate»