Захар Прилепин: «Надо, чтобы дети никогда не усомнились в том, что их...

Захар Прилепин: «Надо, чтобы дети никогда не усомнились в том, что их отец — мужчина»

Так писать о любви, как это делает Захар Прилепин, мало кто может. Несомненно, это чувство ему знакомо во всех проявлениях и оттенках. И это несмотря на то, что он однолюб: уже 18 лет женат на одной женщине, родившей ему четверых детей…

Захар Прилепин

Его недавно вышедший роман «Обитель» — лидер продаж в книжных магазинах, оставивший позади даже детективы Дарьи Донцовой. Кто бы мог подумать, что россияне еще способны зачитываться книгой объемом с «Войну и мир» и столь же нелегкомысленной по содержанию!.. Захару (по паспорту — Евгению) и такое оказалось по плечу. Прилепин вообще человек уникальный — и не только как писатель. Уникален его опыт отца (четверо детей!), мужа и главы семьи. И хотя Захар отнекивается — мол, ничего особенного тут нет, — думаем, читатели с нами согласятся, прочитав это интервью.

Захар, вот ваша семья — редкость…

Да ладно! У меня, например, товарищ есть Андрей Мерзликин, у него трое детей и жена прекрасная. Есть другие певцы, писатели, актеры, которые дорожат своими семьями и считают эту сторону жизни самой важной. Но ведь о них никто не рассказывает! Экраны телевизоров заполонили другие — которые пропагандируют ровно обратное и чей образ жизни ни в коем случае не стоит брать за образец. Однако ведь берут… Мальчики и девочки в разных уголках России. Я за то, чтобы популяризировались нормальные вещи, чтобы были у людей правильные примеры.

С женой Машей вы познакомились, когда служили в ОМОНе и до писательской славы было еще далеко. В Чечню она вас провожала?

Да. Не в первую, а во вторую командировку. Провожала спокойно. Она всегда провожает спокойно. Но когда я через несколько дней позвонил, с первой секунды начала ужасно рыдать. Шесть попыток было поговорить — не удалось ни разу, плакала и плакала. В силах была только имя произнести — Жееняяя…., а дальше — слезы. Я тогда уже понял Машину натуру: внешне она стоически все принимает — раз надо, делай, как считаешь нужным, — а внутри у нее, конечно, происходят такие трудные вещи!..

Она ведь, связав с вами жизнь, бросила бизнес, который неплохо шел?

Вообще, я тогда в ОМОНе зарабатывал в 10, а может быть, и в 25 раз меньше, чем она. Но Маша мне потом говорила: «Я точно знала, что хочу за тебя замуж». А в самом начале нашего романа, помню, заявила: «Я точно знаю, что ты будешь великим». Я: «Да ладно, чё это я буду великим?» Она: «А я знаю, что будешь». А позже говорила: «Когда я тебя увидела первый раз, меня сразу это чувство пронзило — и всё. Это можно интуицией назвать, можно чем угодно». И у меня было чувство, схожее, вернее, не схожее, а рифмующееся с ее чувством: что вот это моя женщина, и никакой другой у меня быть не может. Ни при каких обстоятельствах. Конечно, так, наверное, не всем на свете везет. Бывает, чувства не срабатывают. Бывают обидные ошибки.

Вот так сразу встретить своего человека — да это невероятное везение!

Иногда я, конечно, думаю, что мог бы попасть в другие обстоятельства, у меня был бы другой брак. Но это же мука, когда — ошибка. Особенно если появляется ребенок, а ты понимаешь, что эту женщину не любишь и жить с ней не хочешь. Или она тебя ненавидит, презирает, считает тебя как раз этим самым ничтожным омоновцем. Я после ОМОНа еще работал криминальным репортером, вышибалой в ночных клубах — черт знает кем. Когда люди делали состояния, когда многие мои сверстники становились миллионерами, я зарабатывал копейки. И моя жена жила со мной впроголодь десять первых лет брака. Мы и недоедали, и недопивали. Мы и в кафе пошли первый раз, по-моему, только на шестой год брака. У нас не было денег на то, чтобы просто выйти и выпить по шампанскому! Мы пошли в самое затрапезное кафе и были абсолютно счастливы, что можем себе наконец это позволить. Но мы все это вынесли и отчасти… нет, не отчасти, а в полной мере и даже больше… были вознаграждены. И мне кажется, что в этом есть какие-то бытийные законы. И они реально работают. Я бы хотел, чтобы люди обратили на них внимание.

Как бы вы оценили поступок человека, который много лет был семьянином и отцом, но потом его вдруг накрыла любовь, и он бросил жену и детей? Оправданно это?

Нельзя ни о чем уверенно судить со стороны. Но если есть любовь в семье, а тут вдруг — соблазн, беги! Беги от этого соблазна. Но моя собственная правда она даже не в этом. Дело в том, что до какого-то времени вокруг меня тоже летали, как молнии, всевозможные искушения. Не то что я их вызывал, но я с ними сталкивался в жизни. Но потом, когда я достиг какой-то степени внутренней, как мне кажется, собранности и знания о том, что мне на самом деле необходимо, эти случаи перестали со мной происходить. Меня тут недавно спросили, в «Фейсбуке», кажется: «Вот вы тут сказали, что живете с одной женщиной, а я вижу ваш гастрольный график, вы бывает в семнадцати городах в течение трех месяцев… (А у меня действительно бывает даже по двадцать городов и по пять стран.) Неужели там ничего не происходит? Неужели к вам поклонницы не лезут?» И я вдруг стал вспоминать и понял, что ко мне давно никто не лезет, никто не подходит и ничего не предлагает, не показывает мне разные части тела, не садится ко мне на колено… У меня просто этого нет, потому что, видимо, вокруг меня правильно складываются молекулы воздуха. Хотя я вполне приветливо себя веду, я улыбаюсь молодым девушкам, могу даже вести себя с ними игриво. Но никому из них теперь и в голову не придет!..

Ну а если все-таки накрыла любовь?

Вопрос, собственно, в том, что действительность вокруг себя создаешь ты сам. Вот и все. Раз тебя накрыла любовь, значит, ты хотел, чтобы тебя накрыла любовь. Господь милостив, щедр, он предоставит. Ужасно хочешь ты блондинку, брюнетку, любого возраста — если будешь пять лет мечтать об этом страстно, тебе обязательно это дадут. Только не надо говорить, что тебя накрыло. А раз захотел, значит, теперь сам с этим разбирайся. Вот отсюда надо начинать. «Я так любил свою жену, своих детей — и тут так меня накрыло!» Вдруг ничего на свете не случается, понимаете? Значит, воронку такую устроил, внутренним флагом махал-махал, ну и…

Представляете, как вашим дочкам будет сложно найти мужей после такого образцового папы?

Да ладно! Найдут. Никакой я не образец. Ну, есть какие-то вещи, которые у меня получаются. Но есть много других хороших мужчин. Их папа, например, ничего не понимает в точных науках. В математике, физике, химии. И они найдут себе прекрасных физика и химика, которые будут превосходить папу по всем показателям, кроме, скажем, каких-то чисто мужских, индивидуальных. Не сложно найти какие-то другие образцы мужского поведения. Есть, например, люди военные. Их папа все-таки не профессиональный военный, эту часть своей жизни я оставил позади. Есть врачи. Есть масса людей прекрасных и удивительных. Российская земля щедра на разнообразные таланты. Хотя — да. Жена меня этим тоже пугает. Но больше в отношении мальчишек. Что мальчишкам будет сложно. Вот старший сын недавно вернулся из военизированного лагеря. Был там случай: вызвали его на первый рукопашный бой, он выходит, а преподаватель ему говорит: «Ну, давай, Захар.» А он не Захар, он Глеб. То есть преподаватель дал ему понять, что знает, чей он сын, и, мол, давай, покажи, кто ты такой. И вот это «давай, Захар» у него будет проходить через всю жизнь. Ну, он, конечно, может фамилию сменить, или вся папина известность завтра обрушится, и через несколько лет о папе никто не вспомнит. Тогда будет нормально и у сына. А если у меня будет продолжаться та же самая линия, то, конечно, и Глебу, и Игнату будет сложно. Они должны будут без конца доказывать, что тоже состоятельные люди. А девочки… ну что, они найдут себе парней. Завтра она будет уже Петрова-Водкина — и все.

Что бы вы никогда себе не позволили в отношении детей? Есть у вас табу?

Табу? Табу нет никаких. Мы не живем в системе жесткой дисциплины и каких-то ограничений. У нас позволяются самые разные вещи. Вот был у меня день рождения. И мы с женой позволили себе разные веселые удовольствия — компанию друзей, потребление разных напитков, танцы, хохот, купанье — все-все. В пределах разумного, конечно. И дети при этом присутствовали. Я могу при них позволить себе нецензурную брань в отношении кого-то, кто меня раздражает. Я считаю, что как раз ханжество может детям больше навредить, чем полная родительская открытость.

То есть не надо оберегать детей от…

Понимаете, если бы мы растили своих детей так, чтобы они никогда не видели алкоголя, не слышали мата, мы бы не имели такого замечательного результата, какой имеем. Жена еще смотрит с ними любые фильмы, что я не очень приветствую… Но, конечно, чем их сейчас удивишь этих детей? Они и к Интернету имеют доступ, и со сверстниками активно общаются. Однажды классная руководительница сказала мне: «Ваш сын единственный в классе не имеет порнографии в телефоне и не употребляет матерных слов.» И это следствие того, что ничего не прячется в семье и детям всегда объясняется, когда, при каких обстоятельствах и в какой форме бывает уместен, скажем, мат. И что сначала надо уметь все остальное — правильно разговаривать, хорошо формулировать мысль, и знать все вещи, которые связаны с бытием и достоинством человека. А по большому счету, просто надо, чтобы дети никогда не усомнились в том, что их отец мужчина.

Беседовал Иван Денисов

comments powered by HyperComments