С новым счастьем?

С новым счастьем?

Экономические итоги года и прогноз на 2016.

economic

Журналисты издания The Insider составили свой, традиционный анализ развития экономической ситуации в стране. Они рассказали, какие из наших предыдущих прогнозов сбылись, оценим текущее положение дел в экономике, промышленности и социальной сфере и попытаемся рассмотреть основные возможные сценарии развития событий в 2016 году.

На дне

Год назад, на рубеже 2014-2015 годов нефть достигла отметки 50 долларов за баррель и тогда российские власти (и в первую очередь Владимир Путин) ожидали ее отскока, наподобие как это произошло после кризиса 2008-2009 годов.

Однако The Insider предупреждал: никакого отскока не будет, причины падения цен на нефть на этот раз иные и никаких предпосылок для ее роста нет. Более того, уже тогда было известно, что если переговоры с Ираном завершатся по ядерной программе завершатся успешно и с этой страны будут сняты санкции, то нефть может опуститься и ниже. Так и произошло, к концу 2015 года цены опустились ниже $40 за баррель и теперь уже ни о каком отскоке речь не идёт, напротив, аналитики и инвесторы обсуждают возможность дальнейшего снижения цены.

Чтобы ощутить разницу между кризисом 2008-2009 и 2014-2015 годов можно сравнить графики изменения цен на нефть – в ходе прежнего кризиса падение было более резким, но начиная с весны цены уже начали расти, а в этот раз, напротив, после весны продолжился тренд на снижение:

Два курса

Помимо самого того факта, что дешевая нефть становится ударом по бюджету (сверстанного из прогноза $50 за нефть марки Urals, то есть примерно $52-53 за Brent), важен и сам факт ожиданий снижения или как минимум стагнации цены на нефть. Для инвесторов это означает, что риск продолжения рецессии в России очень высок и с вложениями лучше не спешить. Как итог – продолжающийся мощный отток капитала.

В условиях кризиса у властей есть три основных источника компенсации убытков: резервы, бизнес и потребители. И все три из этих источников были активно задействованы в 2015 году. Рассмотрим каждый из них по отдельности.

Резервы

Особенно тревожно было за резервы, которые поначалу тратились очень быстро. The Insider предупреждал – если правительство и Центробанк не будут подходить более ответственно к трате резервов, то уже к концу года угроза дефолта может стать абсолютно реальной. Похоже, власти пришли к такому же выводу и с марта международные резервы России стабилизировались на отметке $360 млрд и колеблются вокруг нее. Более того, в июне Центробанк заявил о намерении увеличить свои резервы, что звучало совсем странно для периода кризиса, и единственное рациональное объяснение тому можно предположить следующее: поскольку правительственные резервы (Резервный фонд и Фонд национального благосостояния) продолжали сокращаться в связи с тратами на текущие нужды, Центробанк компенсировал это сокращения закупкой валюты, чтобы общий объем резервов сохранялся неизменным. Иными словами, начиная с весны весь удар кризиса приняли на себя бизнес и потребители.

резервы

Бизнес

Для бизнеса кризис выразился в росте налогов и процентной ставки, что в условиях сжатия спроса стало ударом, который выдержали не все. Главными пострадавшими стали те, кто связан с импортом (в ноябре снижение импорта в годовом измерении составляло 27,8%), ритейлом (в ноябре падение розничной торговли составляло в годом измерении 13,1%) и туризмом (тут помимо девальвации сыграла свою роль отмена туров в Египет и Турцию).

Но что же до других секторов, где же пресловутое импортозамещение? Год назад власти связывали большие надежды с тем, что падение рубля поможет российским производителям: во-первых, это увеличивает прибыль экспортеров, а во-вторых, делает дороже импортные товары, давая конкурентные преимущества отечественным производителям. Однако же The Insider предупреждал: роста производства ждать не стоит, так как негативные факторы для производителей куда более существенны – дорогие кредиты (как из-за высокой процентной ставки, так и из-за санкций), падение спроса, сильная зависимость ряда производственных секторов от импортных составляющих, рост налогов (для малого бизнеса отмена упрощенной системы приведет к росту налогов аж на 16%), не говоря уж и о том простом факте, что в ряде областей российские производители просто не способны заместить импортные аналоги. И действительно, рецессия не остановилась во втором полугодии, как на то надеялось правительство, и никаких признаков выхода из нее не видно и сегодня.

image5257

Ничего удивительного в таком результате нет. Девальвация может приносить пользу тогда, когда (как, например, в 1998 году) в стране есть недоиспользованные производительные мощности и рабочая сила. На этот раз для расширения производства не было ни площадей, ни инвестиций, ни избытка рабочей силы.

Конечно, если бы власти начали структурные реформы экономики и вместе с ними политические реформы, ситуация могла бы быть иной: рабочая сила высвободилась бы из неэффективных секторов, а инвестиции появились бы за счет улучшения делового климата и приватизации, но пока о таких реформах даже и речи никто не ведет. Робкие дискуссии о приватизации некоторых госкомпаний продолжаются, но обсуждаемые масштабы несерьезны (в отличие, например, от Казахстана, где правительство принялоплан снижения участия государства в экономике до 15% к ВВП).

Потребители

Именно потребители на этот раз взвалили на себя основное бремя кризиса. Если в ходе кризиса 2008-2009 года уровень жизни не упал, то на этот раз в первые с 90-х годов в реальном исчислении снизились и реальные доходы (на 5,4%) и реальные зарплаты (на 9%). Но это «средняя температура по больнице». По данным ВЦИОМ доля бедных (то есть тех, кому не хватает денег на еду и тех, кто, покупая ее, не могут при этом позволить себе одежду) за год увеличилась почти вдвое – с 22% до 39%. По оценкам Росстата в первом полугодии 2015 года за чертой бедности находилось 21,7 млн. человек, то есть почти на 3 млн. больше, чем в первом полугодии 2015 года.

Такое резкое увеличение бедности связано с инфляцией (которая сегодня составляет 15%) и ростом тарифов. Поскольку Центробанк (как и обещал) отправил рубль в свободное плавание и девальвация продолжилась, с небольшим временным лагом это отразилось и на инфляции. Год назад The Insider прогнозировал, рубль при условии невмешательства Центробанка последует за ценами на нефть и скорее всего «сползет» вниз – так и произошло, 29 декабря 2014 года за доллар давали 57 рублей, а 29 декабря 2015 года – 72 рубля (то есть рубль обесценился больше чем на четверть, на 26,3%). А поскольку импортозамещение не сработало и ВВП упал, то вслед за девальвацией последовал и всплеск инфляции, причем рост цен еще «не отыграл» падения рубля и пока нет никаких оснований ожидать падения инфляции до 6,4%, как это заложено в бюджете. Министр Экономики Алексей Улюкаев уже вынужден был признать, что в первом квартале 2016 года снижения инфляции до однозначных показателей ждать не стоит. Скорее всего, как и в уходящем году, весной придется вносить поправки в бюджет и обозначать там реальные, двухзначные параметры инфляции.

Каждый год The Insider проводит мониторинг изменения реальных зарплат по ряду профессий, с тем чтобы по ним отследить изменение общего уровня доходов и ситуацию на рынке труда в Москве. Как мы, видим, в 2015 году в долларовом выражении снижение зарплат затронуло всех. Более того, даже в рублевом выражении средняя зарплата по ряду профессий снизилась.

В Москве ситуация еще не самая худшая. Наиболее существенное снижение реальных доходов населения в январе-сентябре 2015 г. наблюдается в регионах Приволжского и Северо-Западного федеральных округов.  При этом почти половина населения отмечает ухудшение экономического положения в стране, и треть опрошенных ожидает, что это ухудшение будет продолжаться один-два года или даже дольше.

зарпл

В связи с падением доходов и негативными ожиданиями люди начинают экономить, берут меньше кредитов. С одной стороны — это усугубляет положение в производстве из-за сжатия в производстве, с другой — бьет по банковской системе, кредитов становится меньше, а неплатежей больше (10,8% в ноябре). Ситуация в отдельных регионах — еще хуже. Уже в 20 регионах более 9% объема кредитной задолженности физических лиц просрочено, в том числе в 9 субъектах Федерации просрочено более 10% займов. Все это не может не отражаться на банковской системе.

По итогам 10 месяцев 2015 г. финансовый результат банковского сектора составилвсего 193 млрд руб. Рентабельность активов (ROA) за январь–октябрь 2015 г. в годовом выражении упала до 0,3%, рентабельность собственных средств – до 3,4%. Все эти показатели оказались в текущем году в 3,5– 5 раз меньше, чем годом ранее. Особенно низкую прибыль от регулярных операций показали госбанки (0,8% против 1,5% в целом по сектору), так как государство навесило на них обязательства по господдержке тех или иных секторов экономики. Так, например, Россельхозбанк из-за этого и вовсе оказался убыточным в размере 1% от собственных активов.

Главная проблема государственных банков в том, что выделяя бюджетную помощь проблемным банкам государство де-факто стимулирует неэффективную экономическую деятельность (так, например, правительство обсуждает идею докапитализации Внешэкономбанка в размере 1 трлн. рублей. Таким образом, вместо оздоровление банковской системы, которое должно происходить в ходе такого рода кризиса, происходит, наоборот, усугубление проблем.

Что нас ждет в 2016 году?

В 2016 году нас не ждет сильный отскок нефтяных цен, так как все прежние факторы давления на нефтяные цены остаются в силе, в том числе торможение роста в Китае, увеличение экспорта иранской нефти. Кроме того, современные технологии добычи сланцевой нефти, рентабельные при цене свыше примерно $40 за баррель, позволяют США быстро нарастить добычу в случае удорожания нефти, а значит едва ли стоит ожидать повышения цены нефти выше $50 в ближайшие годы, если это и произойдет то на очень короткое время.

Таким образом, дефицит бюджета в 2016 году окажется выше запланированного, равно как и роста ВВП ждать не приходится. Инфляция сохранится на двухзначном уровне как минимум в первом квартале и скорее всего в первом полугодии. Во втором полугодии можно ожидать ее снижения ниже 10%, но запланированные в бюджете 6% останутся недосягаемы, вне зависимости от того, какие меры будет предпринимать правительство.

В связи с тем что доходы и зарплаты на фоне рецессии не будут расти даже в номинальном выражении, уровень жизни будет снижаться и дальше. Учитывая то, что осенью 2016 года должны состоятся парламентсткие выборы, даже если они будут носить чисто технический характер, власти окажутся перед серьезным искушением направить часть резервов на увеличение социальных расходов и государственных инвестиций. В этом контексте можно не сомневаться, что Резервный фонд, где к январю останется чуть более $50 млрд в течение года исчерпается целиком, значительно исхудает и Фонд национального благосостояния.

Особенно острой будет ситуация в ряде наименее благополучных регионах. Показателен первый прецедент, когда в Нижнем Новгороде было остановлено движение троллейбусов и трамваев из-за долгов перед энергетиками — такого рода конфликты могут вспыхнуть во многих городах. Можно с высокой степенью уверенности предположить, что в 2016 году мы столкнемся с десятками подобных конфликтов на социально-экономической почве в регионах, которые могут носить разную форму, в том числе и протестную, наподобие того, что мы видели в Пикалево.

Ситуацию может изменить к лучшему изменение внешней политики России. Но даже если Москва начнет выполнять в Украине свою часть обязательств, предусмотренных Минскими соглашениями, и секторальные санкции будут сняты — это не изменит ситуацию принципиально, так как фактор низких цен на нефть и общие структурные проблемы российской экономики сегодня играют куда более значимую роль, чем западные санкции.

В этих условиях наиболее вероятно, что власти будут и дальше придерживаться нынешней стратегии, не вмешиваясь в свободное плавание курса рубля и компенсируя  из резервов дефицит бюджета из-за дешевой нефти (даже при цене $50 за баррель — это минус $30 млрд, но пока нефть колеблется вокруг отметки 37 и вероятно дефицит может быть больше). Также существенным бременем для резервов станет внешний долг, общая сумма которого превышает $520 млрд, причем более $75 млрд. надо выплатить уже в 2016 году. На 2016 год резервов ЦБ должно хватить, но уже ближе ко второму полугодию неизбежно возникнет вопрос о том, что будет, когда резервы закончатся. Крайне мало вероятно, что перед выборами власти будут готовы ответить на этот вопрос открыто и честно: то есть заявить о необходимости  урезания социальных расходов, резкого сокращения военных расходов, приватизации, структурных реформ и т.д. Именно эта неготовность властей к адекватному реагированию на прекращение нефтяного изобилия — и есть главный риск следующего года. Если Владимир Путин предпочтет ради сохранения рейтинга отложить болезненные реформы, растрачивая резервы или, еще хуже, начав печатать деньги, то Россию ждет кризис сопоставимый по глубине с тем, что страна пережила после банкротства Советского Союза.

«Инсайдер»