Отец или бабушка с дедушкой

Отец или бабушка с дедушкой

Конфликт вокруг сына Жанны Фриске: что ждет Шепелева в органах опеки и суде.

Shepelev i Friske

Как сообщает сегодня газета «Московский комсомолец», страсти вокруг маленького сына Жанны Фриске не утихают. Бабушка и дедушка Платона бьются за право общаться с внуком.

Текст публикации:

Вдовец же Дмитрий Шепелев непреклонен. К сыну он не подпускает никого. Владимиру Фриске и его жене Ольге ничего не остается, как обивать пороги госучреждений. Ведь по закону им положено право видеться с внуком. Если и это не поможет, то они готовы обращаться в суд.

О возможных перспективах этого непростого дела мы побеседовали со Светланой Комковой — начальником отдела опеки и попечительства Пресненского района, где и рассматривается дело Платона.

Светлана Владимировна после последних событий с прессой общается крайне неохотно. И вообще уверена, что привлечение противоборствующими сторонами широкой общественности к жизни маленького мальчика никому не пойдет на пользу.

— Скажите, на каких основаниях бабушки и дедушки могут претендовать на общение с внуками?

— 66 статья Семейного кодекса дает право не только бабушкам и дедушкам, но и другим ближайшим родственникам (тетям, дядям, братьям и сестрам) определить порядок общения с несовершеннолетними детьми.

— Внучатые племянники тоже имеют право?

— Нет. Только ближайшие родственники. Интересный факт, что в самом Семейном Кодексе ни как не оговаривается то, кто именно является ближайшими. Но такое понятие есть в Уголовном кодексе, где этот аспект расписан очень четко. Это бабушки, дедушки, тети, дяди и родные братья и сестры.

— А что происходит после того, как вам поступило обращение от родственников об установлении порядка общения?

— Согласно существующему регламенту мы проводим заседание независимой общественной комиссии. Официально она называется «Комиссия по защите прав и законных интересов подопечных». Вызываются обе стороны конфликты, члены комиссии выслушивают всех и рекомендуют тот или иной порядок общения, который, на их взгляд не может навредить ребенку.

— Кто входит в эту комиссию?

— Ее состав ежегодно утверждается районным собранием. У нас в Пресненском районе в комиссии 11 человек. Это депутаты, психологи из центров помощи семьи и детям, педагоги из школ, районные специалисты и прочие граждане, которые добровольно согласились принять на себя такую общественную нагрузку. Заседание комиссии проходит стабильно раз в месяц, иногда — когда заявлений накапливается много — два раза. Вот в ноябре у нас как раз намечено два заседания.

— То есть обе стороны конфликта обязаны явиться на эту комиссию?

— Ну, обязывать мы никого не можем. Все носит чисто рекомендательный характер. Обычно те родственники, что подали заявление, приходят. Ну а официальные представители ребенка — не всегда родители, часто ими бывают опекуны — они могут и не явиться. Но в любом случае мы с ними созваниваемся или письменно, по почте, сообщаем и о том, что вот такое поступило заявление, что бабушка\дедушка видит вот такой порядок общения, а комиссия рекомендует вот такой, а какой видите вы?

Мы обязаны выслушать обе стороны и донести до них свои рекомендации. Часто бывает, что мы рекомендуем семьям сходить на консультации психолога, бесплатно даем направления на семейные терапии. А уж идти или не идти, исполнять или не исполнять — их личное дело. Повторюсь, решение комиссии носит чисто рекомендательный характер.

— Как часто родственники исполняют решение комиссии?

— Не часто. Где-то от всех обращений 10%.

— И если отец игнорирует ваши рекомендации, то…

— Бабушка и дедушка идут в суд.

— Каковы перспективы родственников в суде? Часто ли служители Фемиды отказывают им в общении с внуками?

— Я лично никогда не встречала, чтобы отказывали, но знаю, что такое бывает. В тех случаях, когда такое общение однозначно принесет вред ребенку. Например, когда у этих самых ближайших родственников выявили алкоголизм, наркоманию или психиатрические диагнозы. Только такие весомые аргументы могут повлиять на решение суда.

Если ничего подобного нет, то вряд ли суд откажет. Кстати, как правило, в своем решении суд опирается как раз на рекомендации общественной комиссии, если не появились какие-то новые факты.

— На какое время, на сколько часов, дней общения в неделю имеют право ближайшие родственники?

— Это нигде не написано и никем не оговорено. Все сугубо индивидуально. Есть сложившаяся практика, конечно, но все зависит от занятости ребенка, родителей, бабушек и дедушек. И еще от того, как взрослые общаются друг с другом. Видно же все! И если они не могут вообще друг с другом разговаривать, то им надо поменьше встречаться. Поэтому и ребенка слишком часто видеть им вряд ли порекомендуют.

— По вашему опыту, все эти семейные разборки сколько могут длиться?

— Могут и несколько лет. Судебные тяжбы — это очень длительный процесс.

— Насколько часто бабушки вынуждены обращаться к вам по поводу установления порядка общения?

Где-то 15% всех обращений — это бабушки. Так что это не редкость. А вообще, заявлений о порядке общения с несовершеннолетними мы получаем около 100 в год, не меньше.

К, сожалению, все чаще дети становятся орудием разборок в руках взрослых. Как правило, если один другому не дает общаться — это конфликтные взаимоотношения. А дети просто варятся в это каше, невольно оказавшись втравленными в эти взрослые разборки.

Мы — органами опеки — тоже нередко являемся своего рода орудием. «Вот, я пожалуюсь в органы опеки! Они тебе накажут». Но и у нас на комиссии редко у кого из сторон получается нормально разговаривать друг с другом. Люди не могут себя сдерживать, кричат, ругаются, вываливают все, что накопилось. И присутствие посторонних их не смущает.

— Драки бывают?

— Ну драки нет, но ругань и крик — это часто. У нас в стране не принято работать со своим гневом и как-то его сдерживать. То есть наша комиссия в некоторым роде и психотерапевтический эффект оказывает. Конфликт — это две стороны виноваты, хотя далеко не все это понимают. Беда в том, что у нас люди не умеют договариваться вообще. А особенно когда дело касается ребенка.

— Что бы вы посоветовали конфликтующим семьям?

Самое главное — садитесь за стол переговоров и договаривайтесь. Постарайтесь убрать все свои обиды и амбиции. Это нужно не вам, а для ребенка, во имя его интересов, а не для того, чтобы кому-то что-то доказать или еще раз оскорбить.

Бабушки, дедушки, тети, дяди — они все важны. Чем больше ребенок будет любим тем у него лучше сложится жизнь. Он будет более успешным, более удачливым, более радостным и неунывающим по жизни. Дайте ребенку возможность испытать любовь со стороны других родственников. Не гнев и раздражение, а любовь. Ребенок не должен видеть напряженные лица своих родных. Дети — это не предмет манипуляции, это предмет любви.

Дина Карпицкая (Московский комсомолец)

comments powered by HyperComments