Пенсионные накопления на благо бизнеса

Пенсионные накопления на благо бизнеса

Как банкиры «занимают в долг» у пенсионеров, «крутя» средства по своим нуждам.

pensii

Газета «Версия» сообщает, что разрешив банкам использовать пенсионные средства для наращивания капитала, Центробанк открыл ящик Пандоры.

Текст публикации:

Этой схемой стали пользоваться финансовые структуры с неустойчивым финансовым положением, угрожая интересам будущих пенсионеров.

Наверняка ни банкир Роман Авдеев, владелец Московского кредитного банка (МКБ), ни финансовое управление государственного нефтяного гиганта не думали, что история с перечислением госкомпанией средств в не самый крупный, да к тому же частный банк, станет достоянием общественности.

Однако это случилось. Государственное и частное

Деловые СМИ выяснили, что нефтяная компания в сентябре разместила в Московском кредитном банке огромную сумму — $3 млрд.

Изначально журналистов насторожил резкий рост корпоративных депозитов в кредитной организации — за месяц они выросли на 68%, до 185 млрд рублей. Причем на 195 млрд рублей (или почти в 2,5 раза), увеличились именно валютные депозиты. В МКБ сообщили, что имел место приток депозитов в валюте от нескольких компаний, в том числе крупных, не уточнив, каких именно. Но, по словам источника, близкого к МКБ, крупнейшим из них, похоже, стала «Роснефть».

Заведя деньги в частный банк, входящий во вторую десятку по размеру активов, структура рассчитывала частично рассчитаться с банками ВТБ и «Открытие». Те помогали ей в декабре прошлого года на фоне санкций привлечь валютное финансирование в ЦБ. Такую версию выдвинули опрошенные изданиями эксперты.

«В условиях дешевеющего рубля компаниям выгодно держать средства в валюте, но в текущей непростой обстановке без такой «прокладки», формально не аффилированной с государством, не обойтись», — объясняет «Нашей версии» Никита Исаев, директор Института актуальной экономики.

Такая схема оказалась на руку не только компании, но и банку. Благодаря существенному притоку валюты в сентябре, МКБ оказался в шаге от Сбербанка по показателю прироста корпоративных депозитов. А в части валютных депозитов и вовсе стал лидером среди всех банков.

«Очевидно, что в условиях экономического кризиса банкам стало сложнее зарабатывать. Поэтому они вынуждены идти на разумный риск и максимально расширять как число своих клиентов, так и видов финансовой деятельности», — аккуратно комментирует Дмитрий Лукашов, аналитик IFC Markets.

Валютные депозиты обходятся очень дорого. Валютных кредитов никто не берет, а хеджирование в рубль в период высокой волатильности и ожиданиях дальнейшего ослабления стоит очень дорого — около 10%. Именно поэтому банки не дают сейчас больше пары процентов по валюте, ведь после хеджа потребуется найти активы с доходностью более 15%. Можно предположить, что на рынке с низкими ставками в валюте госкомпания могла польститься на хорошее предложение банка, не входящего в топ 10. Хотя с точки зрения нефтянников подобная операция тоже может быть не просто слепой жадностью — подобные схемы иногда используются для завуалированной покупки. Достаточно подождать месяц, когда деньги в банке «пристроят», а потом под новый год в период низкой ликвидности попросить возврата депозита. В таких ситуациях собственники легко меняют деньги на доли в банке по выгодной покупателю оценке.

Поправить отчетность

Размещенные на депозите средства на какое-то время позволят организации поправить собственную отчетность перед ЦБ. Ведь дела у МКБ, видимо, идут неважно. Согласно отчетности по МСФО, чистая прибыль во втором квартале 2015 года снизилась на 61%, до 905,7 млн рублей в годовом выражении. Расходы банка на резервы под проблемные кредиты во втором квартале выросли в два раза — до 3,9 млрд рублей.

В скором будущем объем резервов вырастет многократно – банк является одним из кредиторов авиакомпании «Трансаэро», которая 26 октября потеряла сертификат эксплуатанта и планирует инициировать собственное банкротство.

По данным аналитиков, из-за необходимости сформировать резерв по кредиту «Трансаэро», по итогам третьего квартала МКБ может получить операционный убыток по РСБУ. Сейчас долг авиакомпании перед МКБ, по данным источников, составляет 7 млрд рублей, а сам кредит зарезервирован лишь на 20%.

За счет пенсионеров

Огромные резервы МКБ проедают его капитал, который уже давно нуждается в пополнении. В июле этого года банк для этих целей провел IPO на Московской бирже, рассчитывая продать свои бумаги Негосударственным пенсионным фондам (НПФ). То есть за счет пенсионных средств решить вопрос с докапиталицией.

Однако планы Романа Авдеева были нарушены. В разгар размещения МКБ был вынужден экстренно менять якорных инвесторов: пенсионные фонды, на поддержку которых он так рассчитывал — фонды группы О1 Бориса Минца и группы «Бин» Микаила Шишханова, — отказались от планов участия в IPO банка.

Это случилось по настоятельной рекомендации Центробанка. Регулятор стал особенно щепетилен к таким сделкам после скандала с Промсвязьбанком: в конце апреля – мае его акционеры продали около 20% акций банка все тем же фондам групп О1 и «Бин».

ЦБ остался недоволен не тем, что сделка финансировалась пенсионными накоплениями. Сам банк при продаже акций оценивался по мультипликаторам вдвое выше, чем публичные универсальные частные банки, и даже выше, чем государственный Сбербанк. По видимому, НПФ переплачивали за бумаги Промсвязьбанка. В итоге руководству ЦБ пришлось проверять, насколько его цена справедлива и соответствует рынку.

Но если в случае с Промсвязьбанком скандал разгорелся после сделки, то с МКБ регулятор решил пойти на опережение. Он не мог не заметить, что при выходе на биржу этот банк был оценен почти в один капитал, что еще выше коэффициентов оценки Промсвязьбанка. Пришлось ограничить пыл инвесторов-фондов, решивших вновь рискнуть пенсионными средствами.

Но размещение акций МКБ все равно состоялось: Роман Авдеев привлек в капитал 13,3 млрд рублей. Хотя как именно банк вышел из положения, его представители не объяснили. По данным «Ведомостей», за два дня до завершения сбора заявок сотрудники двух инвестбанков, участвовавших в интересах клиентов в IPO, уверяли, что «пенсионные деньги в сделке есть», но НПФы заходили в капитал банка не напрямую, а через перекрестные схемы. То есть, несмотря на формальную чистоту, сделка все-таки могла финансироваться пенсионными накоплениями.

Но даже если того не произошло, и заверения МКБ в том, что участники IPO никак не были связаны с пенсионными деньгами, оказалось правдой, не исключено, что этих временных (или «подставных»?) инвесторов сменят НПФ. Они могут выкупить бумаги с рынка, причем это может случиться уже в ближайшие месяцы, после того как ажиотаж вокруг щекотливой темы спадет и рынок успокоится.

Популярная схема

Схемы, при которых пенсионными деньгами поддерживаются банки с не очень хорошим финансовыми состоянием, уже давно популярны на рынке. Еще до скандала с Промсвязьбанком много шума наделала история с крахом банковско-пенсионной империи Анатолия Мотылева, включавшей в себя четыре банка — «Российский кредит», АМБ, М-Банк и «Тульский промышленник» и семь НПФ — «Солнце. Жизнь. Пенсия», «Уралоборонзаводский», «Солнечное время», «Адекта-Пенсия», «Защита будущего», «Сберегательный» и «Сберфонд Солнечный берег». В этих фондах, по данным ЦБ, около 1,38 млн человек хранили свои пенсионные накопления.

Компенсация пенсионерам фонда Анатолия Мотылева может обойтись государству более чем в 30 млрд рублей. По оценке ЦБ, в лишенных лицензий фондах к августу было 34 млрд рублей, и большая часть этих денег была неликвидной. Зампред Банка России Михаил Сухов заявлял, что и дыра в балансе четырех банков составляла не менее 50 млрд рублей. Оказалось, что их активы общим объемом 186 млрд рублей могут быть обесценены на сумму свыше 76 млрд рублей. Поэтому экономического смысла в санации банков группы регулятор не увидел.

Анатолий Мотылев одним из первых в банковской среде понял прелесть пенсионных средств НПФ, которые можно использовать по своему усмотрению – в случае чего, возвращать деньги придется государству из гарантийного фонда (правда, только номинальную часть пенсионных сбережений, в то время как инвестиционная часть сгорает).

Но если экс-банкир использовал пенсионные деньги для покупки активов, то его последовали начали накачивать ими капитал финансовых организаций. Еще в конце прошлого года ЦБ поддержал предложение банков о возможности инвестирования средств НПФ в субординированные облигации финструктур, которые впоследствии могут конвертироваться в капитал. До этого пенсионные резервы могли инвестироваться только в госбумаги, банковские счета и депозиты (в том числе в валюте), и т.д.

После разрешения ЦБ владельцы НПФ стали зарабатывать не только используя длинные ресурсы сами, но и давая попользоваться ими банкирам. «В последнее время на рынке появилось коммерческое предложение со стороны НПФ для банков, нуждающихся в капитале», — пишет «Коммерсантъ».

Именно этой схемой и воспользовался Промсвязьбанк, а позже собирался МКБ Романа Авдеева. Тот тоже обратил внимание на пенсионный бизнес и еще несколько лет назад приобрел контроль в НПФ «Согласие». Весной 2014-го он планировал «Согласие» продать, поскольку в правительстве заговорили об очередном изъятии пенсионных накоплений из НПФ, и банкир «разочаровался в пенсионном бизнесе».

Но в конце прошлого года Роман Авдеев резко передумал. Эксперты связывают это как раз с тем, что ЦБ разрешил вкладывать пенсионные накопления в субординированные облигации банков, и затем вливать в банковский капитал. Но как владелец фонда Роман Авдеев «не светился» до тех пор, пока не принял решение оставить его себе.

Не так давно он официально оформил владение НПФ — Федеральная антимонопольная служба удовлетворила ходатайство принадлежащего Роману Авдееву ООО «Концерн «Россиум» о приобретении 75,1 процента НПФ «Согласие». Так что теперь ничто не мешает банкиру открыто использовать средства фонда в интересах своего банковского бизнеса.

По такому же пути идут и другие собственники кредитных учреждений. Несмотря на то, что использование средств пенсионных фондов жестко регламентировано государством, на практике средства будущих пенсионеров оказываются абсолютно беззащитны. По оценкам экспертов, объем инвестиций пенсионных денег в субординированные облигации банков может превысить 700 млрд рублей.

 «НПФ сейчас могут служить отличным источником дешевого капитала», — заявил «Нашей версии» Никита Исаев.

По его словам, в условиях жесткой регуляции и нестабильного рынка пенсионным фондам очень сложно показать хорошую доходность. Ограничивает их возможности и требование вкладываться в низкодоходные долговые бумаги госкомпаний. В итоге многие управляющие расстаются с НПФ без проблем за умеренную плату, и банкиры этим пользуются, покупают их в качестве дойной коровы.

«Изъятия пенсионных накоплений уже никого не удивляют, похожая ситуация может случиться и с приобретенными НПФ: средства граждан могут пойти на поддержку неповоротливых и неэффективных структур», — резюмирует эксперт.

Серые схемы перекачки средств из частных пенсионных фондов в банки грозит проблемами для всей системы. Нестабильность в банковской сфере начнет рушить НПФ один за другим. На фоне того, что государство уже второй год подряд не перечисляет в НПФ деньги, фактически экспроприируя их в пользу бюджета (мало кто верит, что государство в ближайшее время с легкостью перечислит все изъятые средства) подобная схема грозит полной дискредитацией негосударственных фондов пенсионных накоплений. Складывается ощущение, что этого и добиваются в правительстве.

Игнат Парный (Версия)

comments powered by HyperComments