Герой нашего времени?

Герой нашего времени?

Почему россияне считают «Красногорского стрелка» своеобразным героем.

9228706

На сайте издания «Лента» опубликован материал, в котором издание тщательно анализирует громкий скандал, который произошел в Подмосковье, где местный бизнесмен убил четырех человек и в этот же день покончил с собой.

Текст публикации:

На прошлой неделе в подмосковном Красногорске местный бизнесмен Амиран Георгадзе застрелил четырех человек — первого замглавы района Юрия Караулова, руководителя местной электросети Георгия Котляренко, своего партнера по строительному бизнесу Трестана Закаидзе, а также попавшего под горячую руку охранника газеты «Московский комсомолец» Константина Смыслова. По версии следствия, еще одной жертвой Георгадзе мог стать глава Красногорского района Борис Рассказов. Бизнесмен свел счеты с жизнью недалеко от его дачи в деревне Тимошкино. Эти события вызвали широкий общественный резонанс, и пока правоохранительные органы определялись с версиями, убийца Георгадзе превратился в красногорского Робина Гуда — народного мстителя, очищавшего город от коррупционной скверны. «Лента.ру» разбиралась, почему люди склонны героизировать убийцу чиновников и какие выводы должны сделать из этого власть и общество.

Личность Амирана Георгадзе оказалась в центре внимания и получила множество оценок. В том числе и позитивных. Соседи характеризовали его как человека доброго и положительного. Родственники не могли поверить, что глава семейства взялся за оружие. По словам сына, бизнесмен помогал пенсионерам, школам, детским садам, больницам. А когда жители Красногорского района наполнили соцсети нелестными отзывами о деятельности местных чиновников, зазвучали аргументы в защиту Георгадзе — якобы доведенный до ручки предприниматель сделал то, на что не решались другие.

Негативное отношение к чиновничеству в обществе объяснить несложно. Согласно социологическим опросам, взяточничество продолжает оставаться одной из основных тревог граждан. По данным Ассоциации адвокатов России за права человека, масштаб бедствия растет: за последний год средний размер взятки увеличился в три раза и достиг 613 тысяч рублей. Граждане жалуются на вымогательство в судах, правоохранительных органах, в прокуратуре и, само собой, среди чиновников. Многие россияне разуверились в перспективах борьбы с коррупцией. По данным опроса «Левада-центра», более 40 процентов граждан уверены, что этот порок неискореним. Стоит ли удивляться, что на этом фоне Георгадзе стал чуть не героем для многих соотечественников. Особенно для тех, кто имел «удовольствие» столкнуться с чиновничьей коррупцией.

twit1

twit2

Расправа в Красногорске послужила поводом для антикоррупционного расследования. Пока, правда, в отношении самого Георгадзе. Оперативники МВД, сотрудники Следственного комитета и контрольно-ревизионного управления правительства Московской области пообещали изучить бизнес-схемы обвиняемого.

Изучить действительно есть что. Биография «народного мстителя» весьма неоднозначна. Выходец из Грузии, Георгадзе начал свою карьеру с продажи пива и пирожков в ресторане «Опалиха». В 90-е годы он торговал в Подмосковье паленой водкой и вроде бы имел дело с организованной преступностью. В частности, бизнесмена уличают в связях с вором в законе Давидом Мелкадзе (Дато Потийским), убитым в 2014 году.

В начале 2000-х Георгадзе занялся строительным бизнесом и все это время тесно сотрудничал с региональными властями. В 2003-м его приняли в «Единую Россию», оценив спонсорский потенциал, правда, после убийств исключили из партии, посмертно. Вместе с убитым Карауловым Георгадзе патронировал городскую волейбольную команду. У бизнесмена имелись грамоты от губернатора, а также благодарность от Московского Патриархата за пожертвование на восстановление храма Христа Спасителя.

Мог ли человек с таким прошлым и настоящим встать на путь борца с системой? Научный руководитель департамента политической науки НИУ «Высшая школа экономики» Марк Урнов считает, что превращение Амирана Георгадзе в «красногорского Робина Гуда» вполне вписывается в картину мира среднестатистического россиянина, недовольного местными властями и коррупцией.

«Это царистская авторитарная психология: царь хороший, бояре плохие, и надо им что-нибудь учинить, — считает Урнов. — Поэтому совершенно жуткие и кровавые разборки многими воспринимаются радостно. Массовое сознание склонно к мифологии. Человек, который застрелил несколько чиновников, сразу становится героем для некритического сознания, склонного забыть, что этот человек из той же самой компании и его выстрелы были связаны, скорее всего, с тем, что они что-то не поделили. Не надо искать рациональности в мифах, они по-другому формируются».

Запрос на честных героев, вступающих в борьбу с коррупцией, по мнению политолога, в России имеется, и даже культивируется. Это видно по фильмам и сериалам, показываемым по телевидению. «Это калька с американского героя — там принято восхищаться человеком, который один пошел против системы. Мы перенимаем эту кальку под влиянием кино, и, естественно, клише закрепляется в сознании», — отмечает эксперт.

Впрочем, россияне едва ли пойдут истреблять коррумпированных чиновников, поддавшись влиянию мифа. «Наше общество очень атомизировано, никто никому не пример, никто никому не доверяет, — говорит Урнов. — Насладиться кровавым зрелищем значительная часть населения рада, а раздобыть где-нибудь пистолет и пойти стрелять — это из другой сказки».

И все же нет никакой гарантии, что через пару месяцев или дней мы не услышим об очередном расстреле чиновника. И сделает это не герой-одиночка, восставший против системы, и не последователь Георгадзе, а очередной предприниматель, которого «кинули на бабки». Не исключено, что и он станет для людей Робином Гудом, потому что, по мнению политолога Сергея Маркелова, в основе героизации Красногорского стрелка лежит обостренное чувство справедливости. «У русских особенное восприятие понятия “справедливость”. Если речь идет о “личной обиде”, “личном оскорблении”, то согласно нашей ментальности восстановление этой справедливости возможно с использованием любых методов, в том числе и противозаконных. Другими словами, человек готов вернуть что-то отнятое у него любой ценой, — поясняет Маркелов. — Ни о какой высшей справедливости при этом речи не идет. Совершенно точно, Георгадзе не борец с коррупцией, наоборот, он одна из сторон возможного сговора».

По словам Маркелова, власти попытаются всеми способами маргинализировать этот случай, чтобы в общественном сознании не возникло обобщений. «Запускать по стране такую идею — недопустимо ни для какой власти ни в одной стране мира, — говорит политолог. — Тем более что красногорский случай и без того не уникален. Георгадзе — это то, что мы услышали. Ежедневно по стране происходит много подобных, пусть и менее громких конфликтов. Например, сегодня в Башкирии еще один предприниматель, занимавшийся строительным бизнесом, обстрелял машину главы района. Это вообще никак не связано с трагедией в Красногорске. Просто условный “синдром Левиафана” уже давно катится по стране».

Анастасия Чеповская, Александра Федотова (Лента.ру)