Опасная игра Эрдогана

Опасная игра Эрдогана

Зачем Турция занялась энергетическим шантажом.

erdogann

На сайте информационного агентства «Росбалт» появился материал, в котором издание анализирует последние громкие высказывания главы Турции об отказе от российского газа. Автор публикации пытается понять, зачем Эрдоган начал эту игру, когда все козыри были у него.

Текст публикации:

Анкара, ведущая довольно странную игру вокруг «Турецкого потока», который мог обеспечить ей статус газового хаба и, соответственно, возросшие денежные потоки и политическое влияние, решила использовать российское присутствие в Сирии как орудие для энергетического шантажа Москвы. Так, несмотря на недавнее извинение Минобороны РФ за кратковременное нарушение самолетом Су-30 турецкого воздушного пространства и заверение, что подобный инцидент не повторится, а также заявление премьера Турции Ахмета Давутоглу, что произошедшее не вызовет напряженности в турецко-российских отношениях, президент Реджеп Тайип Эрдоган решил все же дать Москве по носу. По его словам, воздушный инцидент может привести к пересмотрам вопросов закупок российского газа и строительства, по проекту РФ, атомной электростанции «Аккую». В контексте АЭС он припугнул Россию тем, что «придет кто-то другой и построит ее».

А по информации Reuters, на пресс-конференции в Брюсселе Эрдоган еще и предупредил: «Если Россия потеряет такого друга, как Турция, с которым она сотрудничает во многих сферах, она потеряет многое, и Москве следует знать об этом».

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков проинформировал, что Владимир Путин в курсе высказываний Эрдогана. Как передает ТАСС, Песков пояснил, что операцию в Сирии в Кремле рассматривают как помощь в обеспечении безопасности на границах с Турцией. Он напомнил, что усилия коалиции во главе с США не привели к сокращению территорий, подконтрольных террористам. Напротив, за последний год они «кратно увеличились», что дестабилизирует ситуацию в Сирии и угрожает безопасности самой Турецкой Республики.

Но – слово не воробей, и остается лишь гадать, что стоит за столь резким выпадом Эрдогана, и чем реально он может грозить политическим и энергетическим интересам не только России, но и самой Турции. И не возьмет ли Эрдоган свои слова обратно? Ведь предположительно, Россия не была в восторге от превращения Турции в газовый хаб – в качестве такового ей предпочтительнее видеть Грецию. О том, что Россия даже из-за полной отмены «Турецкого потока» может потерять решающий сегмент рынка сбыта своего газа, речи быть не может. Судя по недавнему высказыванию заместителя министра энергетики Болгарии Антона Павлова (а именно руками этой страны был в свое время похоронен «Южный поток», на смену которому пришлось придумывать «Турецкий поток»), София рада будет отбить у Турции статус газового хаба – этот вопрос будет вынесен на обсуждение российских и болгарских экспертов в ближайшее время. Надо думать, что в условиях меняющихся геополитических реалий Болгария приложит все усилия для того, чтобы, не теряя лица, вернуться к проекту даже в несколько измененном его виде.

Кроме того, о наращивании импорта российского газа практически одновременно стали заботиться Азербайджан и Грузия. В случае с Азербайджаном это можно рассматривать как новый виток политико-энергетического сближения Москвы с Баку в условиях стратегического партнерства последнего с Анкарой. Так, в октябре «Газпром» начал поставки в Азербайджан  топлива в объеме 10 миллионов кубометров в сутки. Разумеется, это трудно назвать «сделкой века», но Азербайджан заинтересован в ней из-за роста внутреннего потребления газа (порядка 10 миллиардов кубометров в год), а также для высвобождения объемов для экспорта топлива в Грузию и Турцию и заполнения азербайджанских газохранилищ. Вообще же в свое время Алексей Миллер заявил, что «Газпром» готов выкупать весь объем газа, добываемого в Азербайджане, но, понятно, Баку это предложение не принял. Заметим также, что за последние годы российские компании вложили в экономику Азербайджана почти 2 миллиарда долларов, из которых 1,6 миллиарда приходится на нефтегазовый сектор.

Что же касается Грузии, здесь на почве планов импорта газа из России, а также его транзита по грузинской территории произошло осеннее политическое обострение. Толчком к нему послужила недавняя встреча в Брюсселе главы «Газпрома» Алексея Миллера с министром энергетики Грузии Кахи Каладзе. По информации российского газового концерна, стороны обсудили вопрос «поставок в Грузию российского природного газа, а также его транзита по грузинской территории». Об объемах импортируемого топлива ничего не говорится, равно как и о других условиях предполагаемой сделки.

Информация о дополнительной «связи» Грузии с «Газпромом», которая в ограниченном формате существует и сейчас, возмутила часть грузинского политического спектра, углядевшего в ней «угрозу национальной безопасности», поскольку «у России появится рычаг политического давления» на страну. Сейчас, в контексте газовой зависимости, он отсутствует, поскольку Грузия импортирует газ преимущественно из Азербайджана – на долю России приходится всего 7 процентов.

Таким образом, Грузия либо склонна к диверсификации поставок, либо Азербайджан, который экспортирует своей газ по грузинской территории в Турцию, испытывает трудности с заполнением трубопровода.

Отметим, до сих пор, несмотря на различие позиций по международной политике, России и Турции удавалось находить общий язык в торгово-экономических вопросах: достаточно сказать, что в прошлом и позапрошлом годах торговый оборот между странами превысил 30 миллиардов долларов, и стороны договорились довести его в течение пяти лет до 100 миллиардов.

Кроме того, если абстрагироваться от неприятностей вокруг «Турецкого потока», стороны успешно сотрудничают в газовой сфере – для «Газпрома» Турция является вторым, после Германии, рынком сбыта. Так что если Анкара полезет на рожон, ей придется очень туго, поскольку на данном этапе импортировать газ она сможет, да и то в малых объемах, только из Азербайджана и Ирана – 5,3 и около 9 миллиардов кубометров в год соответственно. Но для удовлетворения внутренних потребностей Турции, не говоря уже о перепродаже газа другим странам, этого недостаточно. Для сравнения: из России Турция импортирует более 27 миллиардов кубометров.

В перспективе поставки из Ирана, кстати, дорогостоящие, могут возрасти, но большой вопрос, что является для Турции более предпочтительным – газовый альянс с Россией или Ираном, с которым Анкара яростно конкурирует в регионе. К тому же на трубопроводе, соединяющем эти две страны, часто случаются взрывы, и тогда для «насыщения» Турции газом Россия осуществляет дополнительные поставки. Кроме того, для наращивания экспорта газа из Ирана ситуация сейчас неблагоприятная ввиду отсутствия соответствующей инфраструктуры, в строительство которой иностранные инвесторы пока не спешат вкладывать деньги: политические, финансовые и правовые риски все еще слишком велики.

Стоит также отметить, что Турция может рассчитывать на увеличение закупок азербайджанского газа посредством трубопровода TANAP, но, как считают многие эксперты, случится это в лучшем случае года через три-четыре, да и то при условии, если заполнить трубу Азербайджану помогут его соседи по Каспию. И если раньше помощь России в этом деле исключалась из-за больших ставок на конкурирующий с TANAPом «Турецкий поток», то сейчас ситуация может измениться.

Таким образом, заявление эмоционального Эрдогана мало поддается экономической логике, и, скорее всего, имеет под собой политическую подоплеку, поскольку российско-турецкий конфликт на почве Сирии близится к пику. И, надо думать, что к тому времени, когда в Турции будет сформировано новое правительство, Эрдогану придется как-то выкрутиться (в чем он дока), и «красиво» забрать свои слова обратно. То есть, по крайней мере, одна или две ветки «Турецкого потока» построены будут, а остальной объем предназначенного для него газа будет переброшен на «Северный поток – 2». Словом, маловероятно, что Анкара полностью закроет «Турецкий поток» в силу полной невыгодности для нее такого варианта развития событий.

Что же касается отказа от строительства АЭС «Аккую», соглашение по которой было подписано Турцией и Россией в 2012 году, Эрдоган, похоже, блефует и здесь. Атомная станция из четырех реакторов мощностью 4 800 мегаватт – абсолютно новый «фрукт» для Турции. Сдача первого энергоблока запланирована на 2021 год, и совершенно непонятно, как Турция рискнет отказаться от этого проекта, генеральным подрядчиком которого является российская компания. Тем более, что Турция не имеет никакого опыта в строительстве и эксплуатации ядерных энергообъектов, и в такой ситуации «менять коней на переправе» попросту опасно. Кроме того, Эрдоган не может не понимать, что разрыв действующих с Россией контрактов грозит Анкаре выплатой Москве приличных «отступных».

Так потеряет ли Россия «друга» в лице Турции, причем, по политическим мотивам весьма сомнительного свойства? Разумна ли будет затянувшаяся «обида» Эрдогана на Москву из-за секундных нарушений воздушного пространства с принесением извинений в условиях очевидного тяготения Турции к евразийскому политико-экономическому полю и нескрываемых угроз Запада, временно «потеплевшего» к Анкаре на почве сирийских событий, устроить турецкому руководству еще один, но более масштабный «парк Гези»?

Ответ на этот вопрос — сомнительно. Поскольку Турция, несмотря на эксцентричные выходки Эрдогана и его несдержанность, слишком печется о своих интересах, чтобы разорвать выгодное для нее сотрудничество с Россией из-за сиюминутных политических игр, способных загнать страну в тупик. Скорее всего, под эти игры Эрдоган попытается «выбить» из Москвы еще большие уступки по «Турецкому потоку» и цене на газ, что вполне укладывается в формат «рыночной» политики и рыночной экономики.

Ирина Джорбенадзе (Росбалт)

comments powered by HyperComments