«Безусловная истина»

«Безусловная истина»

Будущее мировой энергетики глазами Игоря Сечина

Обнародование в зале суда разговора Игоря Сечина с бывшим министром Алексеем Улюкаевым имело целью представить доказательство преступного умысла одного из собеседников (или его отсутствие – как посмотреть). Но есть в этой беседе и кое-что другое – общая повестка. Глава «Роснефти» непринужденно рассуждает о рынке, партнерах, конкурентах и мировой политике в области нефтедобычи.

Игорь Сечин, которому на днях было присвоено звание Почетный работник топливно-энергетического комплекса, возглавляет «Роснефть» последние тринадцать лет – время достаточное, чтобы изучить индустрию. Нынешний масштаб деятельность «Роснефти» начала приобретать именно при Сечине – после того как компания переварила «Юганскнефтегаз», главный актив разгромленного государством ЮКОСа, а впоследствии провела крупнейшее в истории российского рынка поглощение ТНК-BP. «Игорь Сечин всегда был известен, как экспансионист, – писал в 2013 году Владимир Милов для журнала Time по случаю включения главного нефтяника в сотню самых влиятельных людей планеты. – Пока другие озабочены прибылью, Сечин сосредоточен на завоеваниях».

Весной прошлого года капитализация «Роснефти» на Лондонской фондовой бирже впервые превысила капитализацию «Газпрома». «Роснефть», таким образом, стала самой дорогой компанией России. Этот факт, который Сечин наверняка отнес на счет собственной эффективности и стратегического чутья, придает особое звучание его публичным заявлениям. Предисловия к книгам, программные статьи и выступления главы «Роснефти» рисуют образ проницательного профессионала, умеющего распознавать технологические тренды. Но вяжется ли этот образ с действительностью?

Сланец?

Скептическое отношение Игоря Сечина к долгосрочным успехам американской нефтяной ⁠промышленности проявилось еще в ходе первой сланцевой революции (2009–2011). Мало оно изменилось ⁠и теперь, когда ⁠даже в российском Минфине готовы поверить в «сланцевую революцию ⁠2.0». Глава «Роснефти» считает, что после 2025 года ⁠объемы добычи сланцевой нефти будут снижаться:

«Объемы ⁠добычи растут. Практически все эксперты считают, что в период с 2017 до 2025 года потолок будет достигнут. После 2025 года объемы добычи будут снижаться, а именно ввиду ресурсной базы, в той степени, которая нам известна на сегодняшний день. В настоящее время добыча нефти США ускоряет падение цен на нефть, но в будущем снижающаяся добыча приведет к растущим ценам». (Ноябрь 2014)

Оценки Сечина существенно расходятся с точкой зрения независимых аналитиков. Так, по прогнозам PwC, объем добычи сланцевой нефти будет расти по крайней мере до 2035 года и в итоге составит 14 млн баррелей в день, или 12% всего объема мирового предложения нефти. При этом в начале лета в консалтинговой компании Rystad Energy заявили, что США могут нарастить добычу до 10 млн баррелей в день уже в этом году. Аналогичные ожидания высказывало агентство EIA: там верят, что в 2018 году производство нефти в США превысит рекорд 1970 года, а сланцевые компании (на их долю приходится больше половины всей добычи в США) потеснят ОПЕК и Россию на мировом рынке нефти. На публике Сечин никогда не признавал, что считает американский сланец угрозой, но в частном разговоре отметил, что принимает его в расчет:

«Развитие у нас идет, несмотря на пожелание ОПЕК, я докладывал Владимиру Владимировичу об этом. Все они готовят развитие добычи, все, Венесуэла, я точно знаю абсолютно. Они планируют поднять добычу на 250 тысяч баррелей в сутки в течение полугода. <…> Иран будет увеличивать, у них сейчас 3,9–4,0 млн [баррелей]. У них план добавить миллион тонн баррелей. <…> Я думаю, что правды никто не говорит. Им всем надо, я считаю, Ирак, Нигерия, им надо полгодика для выдачи дополнительных объемов. И эти полгода, если мы заморозим [добычу], дадут возможность американцам чуть-чуть кислорода дать нефтяным сланцам. И здесь вот, мне кажется, лукавство заключается: сейчас поддержать здесь сланцевую нефть». (Ноябрь 2016)

Это описание очередного маневра по замораживанию объемов добычи с целью стабилизации цен кое-что говорит нам о приоритетах главы «Роснефти». Вероятно, Сечин полагает, что главное – иметь возможность управлять ценой, регулируя объем предложения. Технологии в этой картине мира роли не играют – при всем энтузиазме и изобретательности американских добывающих компаний (а о «новых видах проппантов с изменяющимся центром тяжести», используемых при добыче нефти методом гидравлического разрыва пласта, Сечин посчитал необходимым рассказать Улюкаеву) за этими отчаянными предпринимателями не стоит государство, а их руководители не входят в ближний круг президента. Кроме того, на мировом рынке все морочат другу другу голову, так что лучше никому не доверять и вести свою игру. Общее впечатление, как выглядит эта игра, можно составить, изучив опыт взаимоотношенийСечина с ОПЕК. «У Сечина отсутствует экономическое мышление, – цитировала газета “Ведомости” слова знакомого руководителя “Роснефти”. – Он не понимает, как работает рынок в целом, не принимает экономической логики. Его обычная практика: давай мы этой отрасли сделаем так, а я договорюсь, что они не сделают чего-то другого, не будут цену поднимать и т.д. Для него это естественная вещь».

Электромобили?

Все, что не питается углеводородами, вызывает у Сечина подозрение. А иногда недоумение: кто всерьез поверит в то, что электромобили однажды составят конкуренцию традиционному автотранспорту? Примечателен пассаж Сечина о туманных перспективах компании Илона Маска Tesla – сильно переоцененной рынком (в отличие от «Роснефти»).

«Оценка рынком перспектив производителей электромобилей, на наш взгляд,существенно завышена. Так, оценка стоимости компании Tesla базируется на крайне агрессивных планах по росту продаж – ежегодный темп прироста 90% в течение четырех лет для достижения цели 1 млн автомобилей в год, запланированный компанией темп запуска новых моделей и строительства обеспечивающей инфраструктуры являются крайне сложными задачами. Половина из недавно привлеченных Tesla $1,2 млрд были потрачены уже в первом квартале 2017 года, и есть безусловные вопросы по экономической состоятельности бизнес-модели. Поэтому и J.P.Morgan и ряд других инвестбанков считают, что текущая рыночная капитализация компании Tesla ($56 млрд) существенно – почти вдвое – превышает ее фундаментальные показатели. Надеюсь, что на собрании акционеров Tesla рынок услышит ответы на многие из этих непростых вопросов. Таким образом, до тех пор, пока отрасль электротранспорта не станет столь же удобной и привлекательной для потребителей, как и автомобили с двигателями внутреннего сгорания, перспективы электромобилей остаются в значительной степени неопределенными». (Июнь 2017)

Вопросы J.P.Morgan к капитализации Tesla (а она, к слову, все растет и растет) имеют мало отношения к тому, что на самом деле Уолл-стрит думает о рынке электромобилей. В конце августа в том же J.P.Morgan заявили о головокружительных перспективах сектора: уже к 2025 году на продажи электромобилей будет приходиться 35%, а к 2030-му – 48%, полагают в инвестбанке. Даже Дэниел Ергин – к российскому изданию его книги «Prize» Сечин написал предисловие – убежден, что «электричество неизбежно будет играть более значительную роль в сфере автотранспорта». Одно время легендарный инвестор Уоррен Баффет любил говорить, что в условиях бурного развития автомобилестроения нужно покупать не акции автопроизводителей, а открывать короткую позицию по рынку лошадей. И если электрокары в самом деле выйдут на массовый рынок, что тогда? Тогда котировки традиционной автоиндустрии («лошадей») обрушатся и спрос на нефть сократится, уверены в J.P.Morgan.

Возобновляемые источники энергии?

Недавно Сечин предсказал, что в следующем году цены на нефть марки Brent будет колебаться в коридоре $45–55. Ровно три года назад он не допускал и мысли, что стоимость барреля может опуститься ниже $90. А после того как нефть успела подешеветь до $32, предложил дождаться ее возвращения к $100 – отметке, при которой, по мнению главы «Роснефти», появится смысл в приватизации госкомпании. Что настораживает в этих метаниях, так это уверенность в том, что нефть снова станет дорогой – рано или поздно.

Почему же цены не спешат восстанавливаться? Одна из гипотез, выдвинутых главой крупнейшей нефтяной компании России, сводится к развитию американских технологий – здесь Сечин снова воздает им должное: цены на сырьевых рынках все чаще формируются в ходе алгоритмического трейдинга. Проще говоря, вниз нефть толкают не разумные люди, а глупые роботы:

«Финансовая техника сегодня такова, что решения зачастую принимаются роботами на торговых площадках, и управляющие ими программы обезличенно реагируют на столь же сиюминутные изменения меняющейся в ходе торгов ситуации или информации о движении запасов нефти». (Февраль 2016)

Впрочем, самую глупую свою ошибку финансовые рынки совершат, если поверят в альтернативную энергетику. Вокруг нее сегодня слишком много пустой шумихи, убежден Сечин.

«Те же самые проблемы [которые есть на рынке электромобилей] касаются и других источников альтернативной энергии – они характеризуются неустойчивыми госсубсидиями и отсутствием возможности работы в базовом режиме электропотребления. Поэтому безусловной истиной остается тот факт, что углеводородная энергетика была и будет востребована». (Июнь 2017)

Последняя фраза – рефрен едва ли не всех программных заявлений Игоря Сечина. Например: «До 2050 года и далее углеводородная энергетика была и будет востребована». А вот еще один пример: «В обозримой перспективе ценность нефти и ее значение будут возрастать». И еще: «В долгосрочной перспективе нефть будет сохранять ключевую роль в мировом энергобалансе». У кого-нибудь еще остались в этом сомнения?

Евгений Карасюк

republic.ru